История о том, как невестка долго терпела выходки свекрови, пока не застала ее за кражей собственных украшений.
Вечер вязко стекал в квартиру, за окном уже была Луна, но Алиса почти ничего не замечала вокруг. Ее внимание было приковано к шкафу: папка с университетскими конспектами лежала не так, как она ее оставила. Кто-то точно трогал ее вещи. Кто же мог шастать по дому в их отсутствие?
Вдруг Алиса услышала тихие шаги, подкрадывающиеся из неоткуда. Оказалась, что домой вместе с мужем пришла свекровь. У нее, к слову, были ключи. Алиса вдруг задумалась: «неужели она роется в моих вещах?».
Отношения у них были не очень хорошие. Да и сама Тамара Ивановна исподлобья смотрела на Алису, будто бы говоря: «я ничего не трогала».
Затем Алиса решила проверить, на месте ли ее украшения, туфли. Открыв шкафчики она увидела, что все перевернуто. Хотя у самой Алисы на полках всегда полный порядок.
— Зачем вы роетесь в моих вещах?! — вырвалось у Алисы.
Тамара Ивановна замерла, не нашла слов, отвернулась и тихо прикрыла дверь. Это безмолвие для Алисы было хуже крика. Она не понимала, то ли права, то ли зря обвинила свекровь.
Дмитрий вышел из спальни сонный и растерянный.
— Что случилось?
— Спроси у своей мамы, — голос Алисы дрогнул. — Она лазила в мои бумаги.
Но он лишь вздохнул, попросил «не придумывать». И это ранило сильнее всего.
Следующее утро принесло тяжёлую тишину. Жена была обижена и на мужа, и на свекровь. Свекровь заперлась в гостевой комнате, а между Алисой и Дмитрием повисла стена. Он пытался сгладить конфликт, но каждое его слово только сильнее показывало: он стоит не рядом, а между ними.
К вечеру он ушёл из дома — не выдержал. Напившись в баре, он позвонил Алисе и признался, что его отца убили. С тех пор его мать живет в страхах, мало говорит и всегда пытается защитить сына.
Эта правда перевернула Алису. Взгляд свекрови, её холод — всё было не ненавистью, а страхом. Наутро, оставшись дома одна, Алиса решила проведать комнату Тамары Ивановны. На столе стояла маленькая привлекательная шкатулка. Алиса понимала, что так делать нельзя, но все-таки начала шарить в чужих вещах.
Внутри лежали бумаги, доказывающие причастность отца Димы к нелегальным делам в попытках заработать деньги. Оказалось, их семью втянули в грязные дела и чуть не убили. Жизнь Диме и Тамаре Ивановне сохранили только под предлогом обязательной выплаты денег. И двадцать пять лет Тамара Ивановна тайно выплачивала каждую копейку.
Алиса отнеслась к этой истории не со стороны обиженной невестки, а взрослой женщины.
В этот же вечер она подошла к свекрови и тихо прошептала: «Простите, я не знала». И впервые за все время услышала по ту сторону двери не лед, а сломленный человеческий плач.
Утром Тамара Ивановна вышла сама. Поставила шкатулку на стол и сказала:
— Позови Дмитрия. Ему пора знать правду.
Она рассказала всё сыну. О грязном бизнесе мужа, о его гибели, о страхе, который заставил её молчать. О годах тайного покаяния. О том, что ненависть к «чужим» была не злостью, а отчаянной попыткой уберечь сына от повторения судьбы отца.
Дмитрий рухнул, словно подкошенный. Его мир, построенный на красивой легенде об отце, треснул.
Тамара Ивановна протянула Алисе сберкнижку.
— Это для Софийки. Чтобы её будущее было чистым.
Алиса поставила перед всеми горячий чай. Никто не обнимался, не произносил громких слов. Но за столом впервые сидели не враги, а люди, пережившие одну общую правду.
Шкатулка опустела. А семья — напротив — впервые стала полной.
