История о том, почему стоит заранее говорить близким обо всем, чтобы не допустить трагичного исхода событий.
Иван вернулся с вахты раньше, чем планировал. О приезде жену он решил не предупреждать — хотел устроить сюрприз. Однако тем вечером сюрприз ждал его самого.
Открыв дверь своим ключом, он оказался в пустой квартире. Это сразу насторожило – Маша всегда предупреждала, если уходила из дома.
Стараясь не поддаваться тревоге, Иван позвонил жене. Она ответила усталым, слегка раздраженным голосом, сказала, что уже дома, собирается отдыхать и не понимает, почему он так настойчиво ее расспрашивает. При этом в трубке отчетливо слышался посторонний шум, совсем не похожий на привычные звуки квартиры.
Объяснения про открытое окно и включенный телевизор показались неубедительными, но Иван решил не накручивать себя. Он предположил, что жена просто вышла ненадолго и не стала вдаваться в детали.
Он поставил привезенные лилии в вазу, убрал пирожные в холодильник, выпил корвалол и сел у окна, стараясь привести мысли в порядок. Потом перешел в зал, оставив свет только в коридоре, и сам не заметил, как уснул.
Разбудил его громкий женский смех — резкий, чужой, неприятный. Сквозь шум Иван различил обрывки фраз о забытом включенном свете и насмешки над чьей-то чрезмерной страстью.
Особенно болезненно резануло по слуху имя «Коля». Внутри будто что-то оборвалось. Пока он спал, в его квартире были посторонние. К горлу подступил тяжелый ком.
Иван вышел в коридор. Заметив его, женщина вскрикнула и метнулась в ванную, захлопнув дверь. Перед ним остался худощавый парень с татуировками и тоннелями в ушах. Тот дерзко поинтересовался, кто он такой.
— Твой палач, если так понятнее, — холодно ответил Иван.
Дальше все произошло стремительно: резкий удар — и «Коля» рухнул у двери, еще один — и он уже кричал от боли.
На крик из ванной выбежала девушка, но это была не Маша. Перед Иваном стояла Света, младшая сестра жены. Побледнев, она растерянно смотрела на него и не могла понять, как он оказался дома. Света призналась, что Маша была уверена: Иван еще как минимум неделю будет на вахте.
В этот момент в сознании мужчины словно что-то рухнуло. Похожие, но не одинаковые голоса, шум, который он неверно истолковал, сложились в ложную картину. Измены не было — он сам ее придумал. Осознание пришло слишком поздно. Острая боль пронзила грудь, Иван схватился за сердце и потерял сознание.
Очнулся он уже в реанимации — под крики врачей и команду «Разряд!». Потом снова провалился в темноту. В следующий раз он открыл глаза в обычной палате.
Рядом сидела Маша, сжимая его руку. Ее глаза были покрасневшими, голос — тихим и дрожащим.
Она рассказала, что в тот день ее увезли на скорой с угрозой срыва беременности. Да, она была беременна, но не хотела говорить об этом раньше времени — мечтала сообщить новость лично, когда он вернется. Свету она попросила лишь присмотреть за квартирой и поливать цветы. О том, что сестра привела кого-то домой, Маша узнала уже потом, после его звонка.
Иван слушал, чувствуя, как стыд и облегчение сливаются в тяжелый, горький ком. Он прошептал, что повел себя глупо, позволив слепой ревности затмить разум. Маша лишь мягко сжала его руку и сказала, что в такой ситуации растерялся бы любой. Сейчас важно другое — они оба живы, и совсем скоро в их жизни появится ребенок.
