История о том, как на самом деле складывается жизнь у некоторых мужчин, уезжающих на вахту.
Анна вытряхивала дорожную сумку мужа на балконе, когда из нее выпал розовыи силиконовый кружок — детская соска с потертым краем. Их детям она была не нужна уже много лет. Анна сразу поняла, что эта вещь чужая.
Макс, выйдя из ванны, попытался отмахнуться неубедительным объяснением, но Анна заметила признаки лжи. В этот момент внутри нее что-то окончательно сломалось.
Макс уже два года работал вахтовым методом – месяц дома, месяц в разъездах. Он приносил деньги, привозил подарки, дети скучали, а Анна терпела и верила. До того дня, пока из его сумки не выпала розовая соска со следами детских зубов.
Через несколько дней Анна купила билет, отвезла детей к бабушке и впервые в жизни села в самолет.
Вахтовый поселок встретил ее серыми бараками и настороженными взглядами. Охранник и рабочие явно не ожидали визита жены. Выяснилось, что Макс давно живет в городе.
В квартире дверь открыл он сам — в домашней одежде. За его спиной стояла молодая женщина с младенцем на руках. Все стало понятно без слов.
Внутри Анна увидела знакомые вещи мужа — ремень, сумку, одежду. Женщину звали Лена. Она была уверена, что Макс свободен и просто постоянно в разъездах.
Для них обеих правда оказалась одинаково болезненной. Макс путался в оправданиях, утверждая, что любит обеих и не хотел никого бросать. Он даже гордился тем, что обеспечивал две семьи, не замечая, что именно этим и разрушил обе.
Первой на алименты подала Лена. Узнав об этом, Анна подала следом — не из справедливости, а из злости, чтобы другой семье доставалось меньше. Сочувствия не осталось ни к кому.
Макс уволился с вахты и устроился работать в городе. Он стал приходить домой каждый вечер, чтобы быть рядом с детьми, изображать обычную семью. Но раз в месяц он исчезал на выходные, объясняя это рыбалкой. Однажды Анна нашла в его куртке чек из того самого города.
Она промолчала. Скандалы ничего бы не изменили. Он все равно поехал бы.
Анна осталась с детьми, с домом, с его зарплатой и негласным соглашением молчать. Он ездил. Она терпела. И единственное, чего она боялась по-настоящему, — чтобы ему не пришла в голову мысль подать на развод самому.
