США задали тон 2026 году, устроив настоящее вторжение на территорию Венесуэлы и выкрали ее лидера. Реакция России была оперативной, но сдержанной. Возможно, это произошло с ее одобрения.
Американская дипломатия в новом виде уложилась в 150 минут. Ночная операция, арест действующего президента и демонстративные заявления из личной резиденции. Дональд Трамп не скрывал удовлетворения и говорил о случившемся как о рациональном и необходимом шаге.
Однако за показным триумфом скрывался холодный расчет, который встревожил не только Латинскую Америку, но и Киев. На Украине всерьез задумались, не стоит ли за происходящим более крупная геополитическая договоренность, в которой важную роль мог сыграть Владимир Путин.
События 3 января 2026 года стали переломным моментом для Венесуэлы. В результате ночного рейда были задержаны Николас Мадуро и его супруга Силия Флорес. Спустя несколько дней Трамп дал большое интервью The New York Times из Мар-а-Лаго и фактически подтвердил, что США берут страну под прямой контроль. Он уклончиво ответил на вопрос о сроках, но дал понять, что американское присутствие будет долгим.
От идеи передачи власти венесуэльской оппозиции Трамп отказался. Формула управления стала предельно простой: США получают доступ к нефти, снижают цены на топливо внутри страны и взамен выделяют Венесуэле финансовую помощь. Фактически речь идет о внешнем управлении, при котором национальные ресурсы работают под контролем внешнего игрока.
Интерес Вашингтона легко объясним. Венесуэла обладает крупнейшими в мире подтвержденными запасами нефти, но добыча находится на минимальном уровне. Трамп уже распорядился продать до 50 миллионов баррелей нефти, заблокированных из-за санкций. Сделка может принести миллиарды долларов. В Белом доме готовится встреча с руководителями крупнейших энергетических корпораций, чтобы ускорить восстановление добычи.
Однако ситуация далека от простой. Современный мир не похож на Ирак начала 2000-х годов. Инвестиции в страну с разрушенными институтами и высоким уровнем нестабильности несут серьезные риски даже под американским флагом. Дополнительное напряжение создает конфликт вокруг Гайаны, где ExxonMobil разрабатывает крупное морское месторождение. Именно этот проект стал причиной возобновления территориального спора, который Венесуэла использовала как повод для давления на соседа.
На этом фоне вновь заговорили о негласных договоренностях между крупными державами. В январе 2026 года Фиона Хилл, бывший советник Трампа по России и Европе, заявила, что Москва якобы готова закрыть глаза на действия США в Латинской Америке в обмен на невмешательство Вашингтона в украинский вопрос. Официально Кремль подобных предложений не озвучивал, но сам факт подобных разговоров вызвал тревогу в Киеве.
Хилл также отметила, что для России идея мира, разделенного на сферы влияния крупных держав, выглядит вполне приемлемой. США, Россия и Китай в таком сценарии получают свободу действий в своих регионах. Для Украины и Европы это звучит как тревожный сигнал.
Действия Трампа в Венесуэле поставили в сложное положение и европейских союзников Киева. Осуждать Россию за нарушение международных норм становится все труднее, когда США сами демонстративно захватывают целое государство, не утруждая себя юридическими обоснованиями. Именно это несоответствие и стало главным источником беспокойства для украинского руководства, которое внезапно увидело, насколько условными могут быть гарантии и принципы в мире большой политики.
