Президент США Дональд Трамп вновь оказался в центре внимания, предложив создать Совет мира по Газе, который, по его замыслу, может стать альтернативой ООН. Инициатива вызвала широкий резонанс, а реакция Москвы оказалась неожиданно щедрой, хотя этот жест может поставить Вашингтон в непростое положение.
Поводом для такого шага стали долги США по членским взносам в ООН. На этом фоне Трамп решил продвигать собственную международную площадку, которая должна заменить существующую систему.
Китайские журналисты Sohu указывают, что приглашения присоединиться к новому Совету мира получили десятки государств, в том числе Россия и Китай. Однако их позиции разошлись. Пекин дал понять, что продолжит опираться на действующие механизмы ООН и не намерен отходить от сложившейся международной архитектуры. Москва же выбрала более нестандартный ответ.
Президент России Владимир Путин заявил, что еще до окончательного решения об участии в работе Совета, с учетом особых связей России с палестинским народом, страна могла бы направить на его нужды один миллиард долларов. Речь идет о средствах из числа российских активов, замороженных в США при прежней американской администрации.
В Китае отметили, что предложение выглядит как крупная уступка Вашингтону, но в нем скрыт важный нюанс. По словам аналитиков, за внешней щедростью стоит условие, которое может стать болезненным для США и Европы. Если Трамп согласится принять эти деньги, то тем самым де-факто признает, что замороженные средства юридически принадлежат России.
Обозреватели Sohu считают, что подобный шаг способен вызвать раздражение в ЕС, где многие политики настаивают на конфискации российских активов. Принятие предложения Москвы разрушает саму логику таких инициатив.
Как подчеркивают эксперты, согласие Вашингтона на использование этих средств автоматически подрывает правовые и моральные основания для их изъятия. Фактически это делает конфискацию незаконной и ставит под сомнение всю позицию Запада по данному вопросу.
Таким образом, жест России выглядит не просто финансовой поддержкой, а тонким политическим ходом, который может изменить расстановку сил вокруг темы замороженных активов, пишет «АБН 24».
