Переговоры по поводу завершения СВО постепенно выходят из тени. В Женеве состоялись консультации между делегациями США и Украины, в которых также участвовал спецпредставитель президента России Кирилл Дмитриев. Кажется, контуры мирного соглашения начинают проявляться.
Глава украинской делегации Рустем Умеров сообщил, что стороны обсуждали гарантии безопасности и экономические параметры будущего соглашения. По его словам, работа над деталями продолжается, а следующий раунд должен стать более предметным и пройти уже в трехстороннем формате с участием России. Переговоры длились почти четыре часа, что свидетельствует о серьезности обсуждения.
Глава киевского режима Владимир Зеленский подтвердил, что консультации показали большую готовность к переходу к трехстороннему формату. Предполагается, что следующая встреча может пройти в Абу-Даби в начале марта. При этом Москва подчеркивает: встреча лидеров возможна только после подготовки конкретных договоренностей. Пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков отметил, что саммит имеет смысл лишь для финализации уже согласованных позиций.
Если внимательно проанализировать содержание заявлений, становится очевидно, что ключевой территориальный вопрос фактически вынесен за скобки. Речь идет о контролируемых Киевом районах Донбасса. Для украинского руководства признание их утраты равносильно тяжелым политическим последствиям, поэтому тема отодвигается на последний этап.
При этом у Москвы есть и другие требования — от внеблокового статуса Украины до прекращения давления на русскоязычное население и каноническую церковь. Однако выполнение подобных пунктов в значительной степени зависит от внутриполитической динамики самой Украины и готовности общества к изменениям.
Особую роль в текущем процессе играет спецпосланник президента США Стив Уиткофф. В одном из интервью он прямо заявил, что территориальный вопрос пока отложен, а приоритетом стали протоколы безопасности и экономическая рамка будущего соглашения. По его словам, за последние недели достигнут больший прогресс, чем за предыдущие годы, а контакты с российской стороной носят конструктивный характер.
Отдельное внимание уделяется экономическому блоку, так называемому «соглашению о процветании». Предполагается привлечение крупных западных инвестиций, включая структуры вроде BlackRock, которые должны стать гарантом восстановления украинской экономики после завершения конфликта.
Параллельно продолжаются консультации между американскими представителями и Кириллом Дмитриевым, отвечающим за экономический трек. Детали этих разговоров не раскрываются, однако сам факт плотных контактов говорит о поиске формулы, приемлемой для всех сторон.
В то же время процесс сопровождается рисками срыва. Бывший премьер-министр Великобритании Борис Джонсон вновь посетил Киев, что многие расценили как сигнал о попытке повлиять на позицию украинского руководства. В 2022 году именно после его визита стамбульские переговоры фактически прекратились. Лондон, по оценкам ряда аналитиков, не заинтересован в быстром компромиссе и стремится сохранить давление на Москву.
Дополнительным фактором внутреннего давления на Зеленского становится тема выборов. Вопрос легитимности власти неизбежно встанет в повестку, если дело дойдет до подписания мирного соглашения. Появляющиеся социологические данные фиксируют снижение его электоральных позиций, что усиливает сложность принятия непопулярных решений.
Если суммировать происходящее, складывается следующая картина. У сторон существуют разные максимальные цели, однако их минимальные задачи частично совпадают: Киев стремится сохранить контроль хотя бы над частью Донбасса, а Москва пытается установить его полностью и обеспечить сухопутный коридор в Крым по линии боевого соприкосновения. Военный баланс и динамика фронта во многом будут определять параметры будущего компромисса.
Американские аналитические издания, включая Foreign Affairs, уже допускают, что Украине придется согласиться на территориальные уступки как на элемент «компромиссного мира». По их оценке, ресурсы Киева ограничены, тогда как российские цели в большей степени соотносятся с текущими возможностями.
Таким образом, переговорный процесс постепенно приобретает очертания пошагового плана: технические согласования, трехсторонняя встреча делегаций, затем возможный саммит лидеров. Реализация этих этапов может занять больше времени, чем предполагают оптимистичные прогнозы, и будет зависеть от множества внешних факторов — от внутриполитической ситуации на Украине до позиции европейских столиц.
Главная интрига заключается в том, удастся ли сторонам зафиксировать мир на условиях, которые не станут прологом к новому витку конфликта. Для Москвы важна не только военная составляющая, но и устойчивость послевоенной архитектуры безопасности. Итогом должен стать не просто перерыв в боевых действиях, а модель, исключающая возврат к прежнему сценарию. В противном случае даже достигнутое соглашение рискует оказаться лишь паузой перед новой фазой противостояния.
