Массированные удары по территории Ирана, начавшиеся ночью 28 февраля, не пройдут бесследно для США и Израиля. Эксперты предположили, к чему на самом деле может привести такая эскалация.
Утром 1 марта мир услышал шокирующую новость о том, что верховный лидер страны Али Хаменеи погиб. Дональд Трамп подтвердил начало операции и пообещал, что «бомбы будут падать везде».
Затем Тегеран атаковал американские и израильские базы, а духовные лидеры страны объявили джихад против агрессоров.
Смерть Хаменеи ставит Иран перед беспрецедентной задачей – кому доверить верховную власть и сможет ли страна избежать внутреннего хаоса, на который так надеялись западные стратеги.
Главными претендентами считаются сын Хаменеи Моджтаба и его влиятельный советник Али Лариджани. Эксперты считают, что победит тот, кто сможет объединить духовный авторитет для шиитского мира с военной жесткостью, необходимой для управления страной в условиях тотальной войны.
Одновременно с этим становится ясно, что операция США и Израиля была тщательно рассчитанной. Стратегическая цель кроется в том, чтобы обезглавить руководство Ирана и спровоцировать хаос, распад государства и межэтнические конфликты. В теории внешние силы могли бы вмешаться в кризис и превратить страну в поле для вооруженной интервенции.
Однако реальность развивается иначе. Иранская элита демонстрирует дисциплину и контроль, а население, вопреки прогнозам Запада, сплачивается вокруг идеи защиты Родины. Парадоксально, но гибель национального лидера во время конфликта часто укрепляет государство, а не разрушает его. Ситуация консолидирует общество, включая шиитов в Ираке, Ливане и Бахрейне, которые готовы активнее поддерживать Исламскую Республику.
Эксперты выделяют три возможных сценария дальнейшего развития событий. В ближайшие дни вероятна активная фаза обмена ударами, после чего стороны, скорее всего, перейдут к информационной войне.
США объявят о «ликвидации врага номер один», Иран — о том, что выстоял и нанес противнику неприемлемый ущерб. Этот этап может стать лишь временным затишьем перед новым витком конфликта.
Ключевыми остаются вопросы – сможет ли Иран провести выборы нового лидера без внутреннего кризиса, сохранит ли армия и «КСИР» управляемость, и последует ли новый удар США, о котором Трамп предупреждал словами «бомбы будут падать везде»? Ответы на эти вопросы определят не только судьбу Ирана, но и баланс глобальной безопасности в ближайшие годы.
