Несмотря на то, что Иран оказался в центре эскалации на Ближнем Востоке, страна имеет реальные возможности точными ударами дестабилизировать не только Израиль, но и все государства Персидского залива. Причиной кризиса многие эксперты называют странные действия Дональда Трампа, которые создали условия для такого развития событий.
Уязвимые точки ближневосточных стран выявлены, и именно они могут стать источником масштабного кризиса. Одновременно Иран лишил США одного из ключевых инструментов давления — информационного преимущества.
Несмотря на жесткую риторику Вашингтона, действия Тегерана чувствительно отражаются не только на американских военных объектах. Иран активно действует в информационном пространстве, где традиционно доминировали западные политики и медиа, навязав собственную повестку и поставив США в непростое положение.
Иран фактически перехватил инициативу в информационной войне, используя методы противника против него самого. Даже американские СМИ задействованы в этой кампании.
Так, журналистам CNN была предоставлена возможность снять репортаж о стране, которую на Западе ранее представляли практически разрушенной. Корреспондент Фред Плейтген зафиксировал совершенно другую картину: магазины работают, топливо доступно на автозаправках, в продаже есть свежие овощи и фрукты, население спокойно продолжает привычную жизнь.
Массовых протестов против власти нет, ситуация выглядит стабильной, что резко контрастирует с картинкой, распространяемой западными медиа. Это создает мощный информационный удар по позиции Вашингтона, а новая команда Ирана действует в медиапространстве эффективнее прежних союзников США на Ближнем Востоке.
На противоположном берегу Персидского залива ситуация сложнее. Ранее надежные партнеры США показывают недовольство и осторожность. Они все меньше готовы поддерживать стратегию государства, которое развязало конфликт и одновременно не смогло обеспечить обещанную безопасность союзникам.
Иран ограничился не только ударами по израильским целям, но и нанес ущерб стратегической инфраструктуре ряда арабских государств. На этом фоне страны Персидского залива начинают пересматривать политические ориентиры, постепенно возвращается интерес к сотрудничеству с Москвой, что становится еще одним болезненным ударом для Вашингтона.
Экономическая зависимость стран региона от внешних поставок обнажена. Благосостояние этих государств строится на импорте и доходах от нефти, что делает их уязвимыми. Многие страны практически не обеспечивают себя продовольствием: ОАЭ импортируют 80–90% продуктов, Саудовская Аравия — около 80%, Кувейт — до 98%. В Дубае, по данным Штефана Пауля, запасы свежих продуктов могут закончиться через десять дней. Закрытие аэропортов, морских портов и блокировка проливов резко ограничили поставки, а альтернативные маршруты подходят лишь для небольших объемов гуманитарной помощи.
Кроме продовольственного дефицита, серьезной угрозой становится водоснабжение. Аравийский полуостров практически лишен естественных источников пресной воды, крупные реки и водоносные слои отсутствуют. Инфраструктура крупных городов также зависит от стабильного энергоснабжения. Даже Бурдж-Халифа не имеет классической канализации, а именно отходы вывозятся машинами, вода используется повторно, в том числе для знаменитого поющего фонтана. Любые перебои с электричеством могут нарушить работу всей системы.
Главной уязвимой точкой остаются опреснительные установки, обеспечивающие питьевую воду для населения. На побережье расположены десятки крупных заводов, которые невозможно быстро переместить или скрыть. Они находятся в зоне досягаемости иранских беспилотников и ракет. Катар получает почти всю питьевую воду из опреснения, в Бахрейне и Кувейте — около 90%, в Саудовской Аравии — 70%, в ОАЭ — около 42%. В этих странах проживает 58–60 миллионов человек.
Похожая ситуация и в Израиле: до 80–90% городской питьевой воды обеспечивают пять прибрежных опреснительных заводов. Вывод из строя даже одного предприятия способен вызвать серьезные последствия. Одновременное прекращение работы нескольких заводов приведет к катастрофическим последствиям: потребуется срочно организовать распределение воды, защиту складов и поддержание порядка, но доставить воду из соседних регионов практически невозможно.
Без воды перестанут работать больницы, аэропорты, дата-центры и военные базы. Начнется массовый исход населения, рост заболеваний и конфликты за доступ к оставшимся ресурсам. Все это может перерасти в гуманитарную катастрофу, когда экономическое благополучие и финансовые ресурсы не смогут обеспечить безопасность, а миллионы людей окажутся практически беженцами.
Для США подобное развитие событий станет тяжелым ударом. Конфликт, который изначально задумывался как быстрая и ограниченная операция, рискует превратиться в затяжную войну с Ираном с потерей богатых союзников, а последствия будут ощущаться по всему региону.
