Премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху вряд ли заинтересован в деэскалации отношений с Ираном. Напротив, продолжение войны может быть для него политически выгодным и даже во многом необходимым.
Об этом рассказал доцент кафедры политологии и социологии РЭУ имени Г.В. Плеханова Александр Перенджиев. Анализируя поведение Израиля на международной арене, эксперт обращает внимание на устойчивую модель действий, которая сложилась за десятилетия.
По его словам, один из представителей экспертного сообщества образно сравнил израильскую политику с движением хищника, который не отступает: если уже вступил в противостояние, то идет до конца. Исторический опыт подтверждает эту версию — Израиль традиционно делает ставку на силовые методы решения ключевых вопросов безопасности.
Такая стратегия со временем превратилась в своеобразную политическую установку: в израильском руководстве укрепилось убеждение, что именно военный путь позволяет эффективно отстаивать национальные интересы. Это формирует общий подход к кризисным ситуациям, в том числе и к противостоянию с Ираном.
При этом отдельное значение имеет личный фактор. Как отмечает Перенджиев, для Биньямина Нетаньяху отказ от жесткой линии может обернуться серьезными внутренними последствиями. Смягчение позиции или попытка пойти на компромисс способны подорвать его политические позиции и привести к утрате власти.
Кроме того, существует и юридический аспект. В отношении израильского премьера уже выдвигались обвинения, и, находясь на посту главы правительства, он сохраняет возможность защищать свои позиции. В случае же ослабления политического влияния, риски для него значительно возрастут.
В этой связи, по мнению эксперта, продолжение напряженности и даже военных действий может рассматриваться как способ удержания контроля над ситуацией, причем не только во внешней политике, но и внутри страны. Усиление конфликта способно отвлекать внимание от внутренних проблем и одновременно снижать давление со стороны судебной системы.
Таким образом, фактор личной политической выживаемости, наложенный на традиционно жесткий курс израильской политики, делает перспективу мирного урегулирования с Ираном менее вероятной в текущих условиях.
