Российский «гаражный» военно-промышленный сектор столкнулся с большими проблемами. Об этом неохотно говорят среди политиков, но проблему не скрыть.
О ней рассказал в эфире программы «Мы в курсе» эксперт по беспилотным системам, кандидат технических наук Сергей Товкач. Он отметил, что народный ВПК в России появился и начал развиваться не благодаря государственной системе, а вопреки ей.
Еще в 2022 году производителям FPV-дронов прямо говорили, что подобная техника может рассматриваться как элемент вооружения. Чтобы избежать претензий, разработчики были вынуждены официально оформлять свои аппараты как устройства для доставки условных «новогодних подарков» или газировки. Эта абсурдная практика частично сохраняется и сейчас.
И хотя в законе уже есть положения о дронах-перехватчиках, вопрос боевых частей для таких аппаратов до сих пор остается вне правового поля. Многие БПЛА, которые сегодня применяются на фронте, долгое время существовали исключительно за счет частников и финансирования энтузиастов.
Во время беседы ведущая программы Елена Афонина напомнила, что недавно российским таможенникам официально разрешили бороться с беспилотниками. Соответствующий указ подписал президент России Владимир Путин. Однако Товкач обратил внимание на другую проблему: право противодействовать БПЛА появилось, а четкого понимания, какими именно средствами это делать, до сих пор нет.
Эксперт привел пример с неиспользуемыми авиационными ракетами С-5, которые могли бы пригодиться подразделениям, занимающимся борьбой с дронами. Однако из-за бюрократических ограничений вооружение, формально относящееся к одному роду войск, невозможно оперативно передать другому подразделению.
По словам Товкача, до весны 2026 года у российских подразделений ПВО вообще отсутствовали штатные беспилотники-перехватчики. Люди, работавшие с дронами на фронте, официально числились кем угодно, но не теми, кем фактически являлись. Нередко операторы беспилотников занимались этой деятельностью исключительно по неформальному разрешению командиров.
Сейчас процесс легализации дроновых подразделений начался, однако изменения происходят слишком медленно. Дело в том, управленческая система не успевает адаптироваться к реалиям современных боевых действий, а многие решения принимаются с серьезным опозданием.
Особое внимание эксперт уделил и реакции Запада на российский народный ВПК. Американские аналитики, изучавшие опыт России, признали, что именно «гаражные» инженеры смогли быстро адаптироваться к новым условиям боевых действий.
Пока официальные структуры только перестраивались, волонтеры и частные мастерские создавали беспилотники, системы связи и другие необходимые решения прямо в полевых условиях. Однако сегодня независимые разработчики сталкиваются сразу с двумя проблемами: сокращением общественных сборов и растущим давлением со стороны бюрократической системы. Многие небольшие проекты постепенно поглощаются крупными структурами и центрами беспилотных систем.
Товкач не исключил, что такой сценарий действительно имеет место быть. По его мнению, чрезмерная централизация может затормозить развитие отрасли, которая изначально росла именно благодаря свободной конкуренции и инициативе инженеров.
Эксперт уверен, что частным разработчикам необходимо дать возможность работать самостоятельно и предлагать свои решения напрямую оборонной отрасли. Тогда появятся новые модели и целы системы, которые будут опережать противника на поле боя.
