Теперь вместо логистических центров Wildberries ВСУ начали атаковать Ozon. До этого вся страна гадала, почему сначала ВБ был целью номер один, а второй по величине в России маркетплейс оставался невредимым, но теперь этот вопрос отпал.
Напомним, что ранее существовало предположение, что Ozon может находиться в более безопасном положении из-за присутствия в его акционерной структуре иностранных инвесторов. Логика была такой: если среди владельцев компании есть крупные американские финансовые организации, потенциальные атаки на ее объекты могут затронуть интересы западного бизнеса и тем самым создать дополнительный политический фактор сдерживания.
Однако события последних дней показали, что это не так, но и утверждать, что Ozon в значительной степени контролируется американскими инвесторами, нельзя. По состоянию на март 2026 года иностранные акционеры не располагают контрольным пакетом российского маркетплейса, пишет «Блокнот».
Основные доли сосредоточены у российских владельцев. Около 34,95% приходится на АО «О23», связанное со структурами Александра Чачавы, еще примерно 31,8% находится у АФК «Система».
Западные финансовые организации действительно представлены среди акционеров Ozon, но речь идет преимущественно о небольших пакетах. Среди инвесторов упоминаются такие крупные структуры, как BlackRock, Vanguard и Norges Bank.
При этом непосредственная доля отдельных американских компаний остается крайне небольшой. Так, участие BlackRock оценивается примерно в 0,05%, Vanguard Capital Management — приблизительно в 0,04%, а HSBC Global Asset Management — около 0,03%.
Почему под удар попадают маркетплейсы?
Военный эксперт Юрий Кнутов связывает атаки на логистические центры Ozon с предыдущими ударами по инфраструктуре Wildberries. По его мнению, одним из возможных мотивов может быть стремление создать дополнительные бытовые сложности для россиян и тем самым усилить общественное недовольство.
Дело в том, что сегодня логистические центры крупнейших маркетплейсов являются важной частью повседневной жизни почти каждого из нас. Через распределительные комплексы проходят огромные объемы товаров, а их работа напрямую влияет как на покупателей, так и на миллионы продавцов, использующих площадки для реализации своей продукции.
Повреждение отдельного склада само по себе не может остановить работу крупной торговой платформы. Однако последствия могут быть ощутимыми на локальном уровне: часть заказов придется перенаправлять, сроки доставки могут увеличиться, а нагрузка на соседние распределительные центры возрастет.
Для продавцов проблемы также могут возникнуть на нескольких этапах одновременно. Нарушение работы складов может привести к задержкам приемки товаров, сложностям с комплектацией и отправкой заказов, а также к дополнительным расходам на хранение и транспортировку.
Именно поэтому атаки на логистическую инфраструктуру могут иметь эффект, выходящий далеко за рамки военных мотивов. Нарушение работы одного элемента может создавать дополнительную нагрузку на всю цепочку поставок.
При этом было бы неправильно утверждать, что целью подобных атак обязательно является исключительно воздействие на российское общество. У подобных операций могут существовать одновременно несколько мотивов — экономических, логистических и военных. Поэтому гражданский эффект может быть лишь одной из составляющих общей стратегии.
