Европа наращивает военные возможности, а в Москве все чаще звучат предупреждения о риске прямого столкновения. Директор СВР Сергей Нарышкин заявил, что в документах ЕС зафиксирована готовность к масштабному конфликту с Россией к 2030 году.
Что сказал Нарышкин
Заявление прозвучало 4 сентября на XXII заседании Совещания руководителей органов безопасности и разведывательных служб стран СНГ в Санкт-Петербурге. По словам главы СВР, речь идет о положениях европейской оборонной стратегии и Белой книги ЕС «Готовность 2030», сообщает RuNews24.ru.
Нарышкин связал обозначенный Брюсселем горизонт 2030 года с подготовкой Европы к возможному масштабному военному противостоянию. Он также заявил, что Запад формирует новую конфигурацию противостояния, в которую, по его оценке, включены Россия, Китай, Иран и КНДР.
При этом официальные документы Евросоюза формулируют задачу несколько иначе. В Белой книге говорится о необходимости усилить оборонные возможности, закрыть дефицит вооружений и обеспечить готовность к наиболее тяжелым военным сценариям к 2030 году.
Почему речь идет именно о 2030 годе
В ЕС действительно установлен конкретный ориентир по повышению оборонной готовности. Дорожная карта предусматривает развитие совместных закупок, укрепление оборонной промышленности и устранение дефицита военных возможностей к концу десятилетия.
Особое внимание уделяется восточному флангу Европы, противовоздушной и противоракетной обороне, беспилотным системам и военной мобильности. Европейский совет также призывает ускорить укрепление обороноспособности стран ЕС на фоне сохраняющихся угроз безопасности.
Таким образом, между официальной трактовкой Брюсселя и оценкой Москвы существует заметное различие. ЕС говорит о сдерживании потенциальных угроз и способности защитить собственные территории, тогда как российская сторона рассматривает масштабное перевооружение Европы как подготовку к возможному конфликту.
Новый виток напряженности
Нарышкин отдельно предупредил о риске более широкого конфликта на территории Евразии. По его словам, политическое противостояние и растущая военная напряженность могут создать ситуацию, при которой даже отдельный инцидент способен привести к резкой эскалации.
В Москве при этом неоднократно отвергали утверждения о намерении России атаковать европейские страны. Российская позиция заключается в том, что именно действия западных государств и увеличение их военных возможностей требуют повышенного внимания со стороны России.
Пока никаких признаков того, что Европа назначила конкретную дату начала войны с Россией, нет. Однако факт масштабного перевооружения ЕС и установленный Брюсселем ориентир по достижению оборонной готовности к 2030 году остаются реальностью, а трактовка этих процессов уже стала частью острого политического противостояния.
