Украинские беспилотники вторую ночь подряд массированно атакуют Москву, устанавливая новые рекорды по числу запущенных аппаратов. Почему российским ударам не удается остановить этот поток дронов и какую тактику Киев применил после удара «Орешником»? Неожиданное объяснение ситуации дал генерал-майор Владимир Попов.
В ночь на 29 октября ВСУ предприняли одну из самых масштабных попыток атаковать Московский регион. По имеющимся данным, всего за ночь противник запустил в направлении российских регионов 1214 беспилотных летательных аппаратов.
Из них 613 двигались в сторону Москвы. Основную часть дронов российские расчеты ПВО перехватили и уничтожили еще на дальних подступах к столичному региону, пишет «ЦГ».
Непосредственно при приближении к Москве удалось нейтрализовать еще 231 беспилотник, однако на этом атаки не закончились. Судя по сообщениям мэра Москвы Сергея Собянина, с вечера 29 октября до утра 30 октября в сторону Московского региона направились еще 862 БПЛА.
Значительную часть воздушных целей также удалось ликвидировать на удаленных рубежах. Масштаб произошедшего позволил отнести этот налет к числу крупнейших за последние два года.
Возникает закономерный вопрос: каким образом ВСУ удается не только сохранять интенсивность воздушных атак, но и увеличивать их масштабы, несмотря на регулярные удары российских войск по военным объектам и инфраструктуре противника? Как рассказал «МК» заслуженный военный летчик, генерал-майор авиации Владимир Попов, главную роль в изменении тактики ВСУ сыграло рассредоточение производства беспилотников по территории Украины.
Такое решение было принято после того, как ВС РФ применили ракетный комплекс «Орешник», а также активизировала массированные удары высокоточным вооружением. Попов напомнил, что примерно полтора года назад российские войска нанесли удар «Орешником» по предприятию «Южмаш» в Днепропетровске.
Одновременно усилились групповые атаки с применением оперативно-тактических ракетных комплексов «Искандер», гиперзвуковых ракет «Кинжал» и крылатых ракет Х-101. После этого Украина пересмотрела подход к организации производства беспилотных аппаратов.
Вместо концентрации производственных мощностей на крупных предприятиях противник начал переносить сборку дронов в небольшие мастерские, распределенные по разным регионам страны. Подобная схема существенно усложнила выявление и уничтожение производственных объектов.
Интересно то, что для изготовления дронов не нужны огромные заводские корпуса и сложные промышленные комплексы: сборку можно организовать в сравнительно небольших помещениях, что позволяет рассредоточить производство и снизить уязвимость отдельных площадок.
Именно этим объясняется сложность борьбы с украинским беспилотным потенциалом. Даже после уничтожения отдельных объектов противник сохраняет возможность продолжать выпуск аппаратов на других площадках.
В результате российским войскам приходится атаковать не только производственные мощности, но и инфраструктуру, обеспечивающую ее работу. Кроме того, генерал особо отметил значение энергетической системы Украины.
Разрозненные мастерские и небольшие предприятия, занимающиеся сборкой дронов, также нуждаются в стабильном электроснабжении. Поэтому удары по объектам энергетики рассматриваются как один из способов нарушить работу всей распределенной производственной сети, от которой зависит способность ВСУ поддерживать интенсивность беспилотных атак.
Попов также обратил внимание на то, что в первые годы СВО российская сторона по гуманитарным соображениям воздерживалась от ударов по ряду объектов энергетической инфраструктуры, включая генерирующие станции и трансформаторные узлы. Однако противник воспринял такую сдержанность неверно и продолжил наносить удары по российским нефтяным объектам, а также гражданским складским помещениям.
В сложившихся обстоятельствах подход к выбору целей, по мнению военного эксперта, пришлось пересмотреть. Он считает, что дальнейшая сдержанность в отношении инфраструктуры, обеспечивающей военные возможности противника, не отвечает требованиям сложившейся ситуации.
«Поэтому и было принято решение противника не жалеть, и это, считаю, правильно», — заключил генерал Попов.
