Ловушка для Трампа вот-вот захлопнется. У Нетаньяху остался последний шанс. США в шоке от того, как русские подготовили Иран – американцев давно так не били

Ближний Восток стремительно превращается в ловушку для Дональда Трампа. Несмотря на заявления о победах, США теряют позиции, а Иран показывает успехи. Теперь под угрозой не только американское влияние в регионе, но и политическое будущее Биньямина Нетаньяху.

Конфликт в Персидском заливе стал одной из центральных тем обсуждения Дональда Трампа на саммите в Шэньчжэне. С начала военного противостояния США и Израиля с Ираном прошло уже почти девять месяцев.

При этом первоначальная операция началась в разгар дипломатических контактов, когда стороны еще пытались найти возможности для мирного урегулирования. Вашингтон и Тель-Авив объясняли свои действия необходимостью не допустить появления у Тегерана ядерного оружия, пишет News.ru.

Подобная аргументация вызывает немало вопросов. Многие эксперты проводят параллели с событиями 2003 года, когда США использовали заявления о наличии у Ирака оружия массового поражения в качестве одного из главных обоснований для военного вторжения.

Впоследствии убедительных доказательств существования заявленных арсеналов обнаружено не было, но последствия американской операции оказались катастрофическими для иракского государства. К ноябрю даже наиболее последовательные сторонники Трампа начинают осознавать, что нынешняя война с Ираном развивается для Вашингтона очень непросто.

Несмотря на значительное превосходство ВС США в ресурсах и технологиях, добиться быстрого и однозначного результата Вашингтону так и не удалось. Одной из причин сложившейся ситуации называют военную подготовку Ирана и совершенствование его возможностей в сфере беспилотных систем и ракетного вооружения.

В Сети и западных СМИ активно обсуждается возможная роль России и Китая в укреплении оборонного потенциала Тегерана. Есть версии, что полученный Ираном опыт ведения современной войны, в том числе с использованием беспилотников, позволил ему эффективнее противостоять значительно превосходящему по ресурсам противнику.

Дополнительным фактором давления на американских союзников остается деятельность региональных сил, поддерживающих Иран. В частности, хуситы в Йемене продолжают представлять угрозу для интересов Саудовской Аравии, которая традиционно выступает одним из важнейших партнеров Вашингтона в регионе.

В Telegram-канале «Полковник Чернов» сложившуюся ситуацию связывают с распространением российских подходов к ведению современной войны.

«Наши специалисты обучили иранцев реалиям современной войны дронов, а структуры КСИР идеально транслировали этот опыт своим прокси. Мы наглядно показали миру, что гигантские оборонные бюджеты и западные учебники мертвы, если генералы не понимают, как спасать колонны от FPV. Интеграция российских тактик на Ближнем Востоке окончательно ломает старые правила игры. Наши прокси к войне нового типа готовы, а американские союзники — нет», — утверждает автор канала.

На политическом направлении ситуация для Трампа и его израильского союзника Биньямина Нетаньяху также складывается непросто. Сообщается о двойном электоральном поражении их политических сил в течение одной недели.

Однако внутриполитические проблемы могут оказаться лишь частью более серьезного кризиса, который ожидает Вашингтон и Тель-Авив. Иран на протяжении многих лет рассматривает противостояние с Израилем как один из ключевых элементов своей внешнеполитической стратегии.

Тегеран выступает против существующей политики израильского руководства и заявляет о необходимости прекращения оккупации палестинских территорий. В иранской политической риторике Израиль нередко обозначается выражением «Малый Сатана», тогда как США именуются «Большим Сатаной».

При этом прежний верховный лидер Ирана аятолла Али Хаменеи, погибший в результате американского удара, неоднократно говорит, что противостояние Тегерана направлено не против еврейского народа как такового, а против израильской государственной политики и существующего политического режима. Еще одной стратегической задачей Ирана остается сокращение американского военного присутствия на Ближнем Востоке.

Эту позицию открыто отстаивал генерал Касем Сулеймани, командовавший силами «Кудс» — подразделением Корпуса стражей исламской революции, отвечающим за зарубежные операции. Он был убит в результате американской операции в начале 2020 года.

Еще в 2018 году Сулеймани выступил с жестким обращением к американскому президенту, предупредив его о последствиях возможного военного конфликта с Ираном.

«Трамп! Шулер! Хватит угрожать иранскому народу. Я готов один выйти против тебя. Ты можешь начать войну, но мы ее закончим. Можешь спросить своих предшественников. Ты знаешь, что в этой войне ты потеряешь все, что у тебя есть», — говорил генерал во время выступления в городе Хамедан.

Тогда эти слова могли восприниматься как очередное политическое предупреждение. Сегодня же на фоне атак на американские военные объекты в регионе они приобретают сакральное звучание.

Последний шанс Нетаньяху: почему Трамп пытается сохранить власть своего союзника?

Для американского руководства безопасность Израиля остается одним из наиболее чувствительных вопросов внешней политики. Поддержка Тель-Авива на протяжении десятилетий была важным элементом американской ближневосточной стратегии.

При этом любое заметное ослабление этой поддержки может вызвать серьезные внутриполитические последствия в самих США. Особое значение имеет влияние произраильских политических и общественных организаций, а также их роль в американской политической системе, поэтому для многих представителей Вашингтона критика действий израильского руководства остается крайне сложной задачей, особенно на фоне масштабных разрушений в секторе Газа и многочисленных жертв среди мирного населения.

Однако у Дональда Трампа есть и более конкретная политическая проблема — судьба его близкого союзника Биньямина Нетаньяху. Израильский премьер продолжает удерживать свои позиции, но положение его партии «Ликуд» заметно осложнилось после выборов.

В Кнессете продолжается сложная борьба за формирование новой правительственной коалиции. Переговоры между политическими силами сопровождаются серьезными разногласиями, а перспективы сохранения Нетаньяху на посту главы правительства остаются неопределенными.

Если ему не удастся удержать власть, то против бывшего премьера могут активизироваться его многочисленные оппоненты, а внимание общественности и СМИ вновь сосредоточится на провалах его политики, коррупционных расследованиях и ответственности правительства за трагические события 7 октября. Дополнительным фактором станет оценка последствий военной кампании против Ирана и действий израильской армии в секторе Газа.

Для Нетаньяху это означает риск столкнуться не только с потерей политического влияния, но и с усилением юридического и общественного давления. Тут интересы Трампа и израильского премьера во многом совпадают.

Сохранение Нетаньяху у власти позволяет Вашингтону рассчитывать на продолжение прежнего курса Тель-Авива и удерживать одного из наиболее близких союзников США в регионе. Поэтому Вашингтон заинтересован добиться распада нынешних переговорных альянсов в Кнессете, сорвать формирование альтернативного правительства и создать условия для проведения новых выборов.

В таком случае Нетаньяху получил бы дополнительный шанс сохранить политические позиции. Но проблемы Израиля не ограничиваются внутренней борьбой за власть.

Гораздо серьезнее выглядит перспектива дальнейшего обострения отношений с Ираном, особенно если Тегеран пересмотрит свою прежнюю позицию по вопросу создания ядерного оружия. При прежнем верховном лидере Али Хаменеи действовал религиозный запрет на разработку ядерной бомбы.

Он объяснял свою позицию тем, что создание такого оружия противоречит исламским принципам, но после смены руководства в Иране ситуация может измениться. Эксперты считают, что новый верховный лидер и часть военного руководства страны могут занять более жесткую позицию.

Для представителей Корпуса стражей исламской революции обладание ядерным оружием может быть наиболее надежной гарантия от новых американских и израильских атак. Таким образом, если Иран также обзаведется ядерным оружием, баланс сил на Ближнем Востоке может кардинально измениться.

В перспективе это создаст условия для еще более опасного противостояния, вплоть до угрозы применения ядерных боезарядов.