Мужчина рассказал, чем обернулась его поездка по работе в глухую провинцию.
Мне досталась командировка в глухую провинцию. Еще до того, как я успел доехать, машина увязла в черной липкой колее в лесу, а связи не было. Вокруг стоял десяток покосившихся изб, серый моросящий дождь и ощущение полной изоляции. Сразу понял, что эта поездка запомнится надолго.
Жилым выглядел один дом на краю елового леса. Дверь открыла сухая, жилистая старуха с цепким взглядом — Нюра. Пригласила войти, налила мутного самогона и поставила передо мной миску с темным, почти бурым студнем.
Я попытался отодвинуть ложку, но она спокойно пояснила, что это для «ребятушек», для свиней. За стеной послышался глубокий, утробный рык, потом глухой удар, что аж половицы задрожали. Нюра встала, наклонилась над воротами, голос стал низким и гортанным сказала: «Жрать хотят». Она вышла во двор, и я услышал гремящие ведра, визг и скрежет — похоже на перекличку стаи.
Не удержался, выглянул. Свинарник оказался огромным, почти как бункер. Обитатели бросились быстрее к Нюре и начали хрустеть костями.
И страшнее всего была Нюра. Она стояла рядом с вилами, лицо казалось оплывшим, глаза горели красным. Она шагнула ко мне, тяжело перекатываясь, и сказала торжественно-жадным голосом: «Чужой… свежий…». Огромный боров рванулся к сеням. Я захлопнул дверь, но удары были такие, что с потолка посыпалась труха.
Схватив куртку и ключи, я вылетел на улицу. Машина завелась, колеса бешено разбрасывали черную жижу. Массивные туши неслись за мной, врезаясь в борт. Второй удар пришелся в бампер, но машину выкинуло на твердый грунт. К счастью, мне удалось рвануть вперед, а позади слышался визг.
В конце концов, я выбрался на трассу и доехал до ближайшего поста полиции. Там только посмеялись и сказали, что, мол, я самогон перебрал. Но теперь я знаю точно, что в глуши не все спокойно, а холодец я нынче вовсе не ем.
Все персонажи и события вымышлены, совпадения случайны.
