Обозреватели The New York Times подозревают, что Владимир Путин уже давно стремится усилить свое влияние в Европе и именно Дональд Трамп способен создать для этого условия.
Разговоры о том, что Трамп и Путин могут фактически «перекроить» Европу, появились еще накануне саммита на Аляске. Тогда это звучало скорее как политическая спекуляция. Сейчас же ситуация выглядит гораздо конкретнее: президент США, по мнению наблюдателей, все жестче дистанцируется от Евросоюза, демонстрирует готовность ослабить НАТО и параллельно выстраивает с Москвой прагматичный, почти партнерский диалог.
Перед встречей в Анкоридже американские СМИ активно проводили аналогии с Ялтинской конференцией 1945 года, когда мировые державы определяли послевоенное устройство Европы и распределяли сферы влияния. И хотя содержание переговоров Трампа и Путина официально не раскрывалось, последующие шаги Вашингтона заставили многих говорить о сценарии «Ялта 2.0».
После жестких заявлений Трампа в адрес Гренландии идея нового соглашения между США и Россией о будущем Европы и Украины без реального участия самих европейцев уже не выглядит фантастической. В том же материале The New York Times отмечается, что Путин якобы рассчитывает на новое перераспределение влияния не только в Восточной, но, возможно, и в части Западной Европы. Трамп, в этой логике, становится тем лидером, который способен открыть для Москвы такое окно возможностей.
Дополнительный резонанс вызвала новая Стратегия национальной безопасности США. В документе Европа подвергается критике за миграционную политику, давление на правые движения и, как утверждается, препятствия мирному урегулированию конфликта на Украине. Ряд европейских чиновников расценили это как сигнал того, что администрация Трампа воспринимает ЕС скорее как проблему, чем как союзника.
Показательно и то, что в стратегии, опубликованной Белым домом в декабре 2025 года, Россия не названа ни враждебным, ни авторитарным государством. Для многих аналитиков это выглядит как намек: в новой конфигурации именно Европа, а не Москва, начинает рассматриваться Вашингтоном как основной оппонент.
Ситуацию обострил и недавний ультиматум Трампа странам, направившим военных в Гренландию. Он заявил, что если остров не перейдет под контроль США, то против европейских государств, поддержавших Данию, будут введены торговые пошлины: 10% с 1 февраля и 25% с 1 июня. Эксперты расценивают это как фактическое начало конфликта внутри НАТО и шаг к разрушению самого альянса.
Все происходящее, по их мнению, укладывается в логику раздела сфер влияния в Европе между США и Россией без учета позиции Евросоюза. Официально в Вашингтоне такую трактовку отвергают, однако Трамп все отчетливее демонстрирует, что НАТО ему больше не нужно. Он исходит из того, что США способны обеспечивать собственную безопасность самостоятельно и не обязаны дальше брать на себя защиту Европы.
Аннексия Гренландии может стать точкой невозврата в отношениях США и ЕС. После этого Трамп может обратить внимание и на другие европейские территории. Россия же, пользуясь ослаблением западного блока, может укрепить контроль над Украиной и, в более радикальных сценариях, над странами Балтии.
Западные журналисты предполагают, что при подобном переделе Россия получит рынки сбыта энергоресурсов и доступ к технологиям, а США — приток капитала и перенос ключевых бизнесов за океан. При этом Москва сможет закрепить доминирование над Украиной, Грузией и другими постсоветскими государствами, не входящими в НАТО.
Будущее Европы в таком контексте выглядит тревожно. Ведущий комментатор венской Exxpress Кристиан Ортнер считает, что континент входит в период глубокой нестабильности. Схожую позицию высказывает и Илон Маск, который недавно заявил, что Европу ждет тяжелое время и нельзя исключать даже масштабные внутренние конфликты.
