История о том, как человек забыл все, что было пережито вместе. Вместо благодарности проявил нахальство, желая завладеть всем нажитым для любовницы.
Еще вчера Лена считала свой брак с Андреем как выдержанный коньяк – крепкий, надежный, с долгим послевкусием уверенности. Двадцать пять лет они строили не просто семью, а целую крепость. Вместе пережили девяностые, нищету, первые успехи и рискованные решения.
Она продала бабушкину квартиру ради его бизнеса, вела бухгалтерию, поддерживала, верила безоговорочно. Дом с садом и пионами стал символом их общего триумфа, а серебряная свадьба – доказательством, что всё было не зря.
В тот день Лена перебирала пригласительные на юбилеи и чувствовала спокойное счастье. Андрей уехал по делам, сославшись на важную встречу с партнерами. В этом не было ничего подозрительного. Она была уверена, что жизнь прочна и предсказуема.
Однако ночью жажда заставила её спуститься на кухню. Там Лена услышала чужой, интимный голос мужа. Он разговаривал с женщиной по имени Кристина, не скрывая раздражения из-за годовщины и презрения к жене.
В ту минуту Лена узнала правду. Оказалось, что Андрей давно ведет двойную жизнь, считает её источником денег и планирует через обман завладеть её имуществом, а затем исчезнуть с любовницей. Он говорил об этом спокойно, деловито, словно обсуждал очередную сделку.
В ту же ночь брак умер окончательно. Вместо слез пришла холодная ясность. Утром Лена надела маску привычного уюта, но уже начала проверку. Реакция Андрея на разговор о нотариусе и недвижимости подтвердила главное – ему были нужны её активы, а не семья. Он принимал Лену за простую женщину.
Пока мужа не было дома, Лена нашла в его компьютере билеты на Мальдивы, брони отелей, фотографии и переписки. Переводы денег, доверенности, документы на продажу дачи – это была не измена чувств, а тщательно рассчитанная попытка ограбления.
В тот же день Лена отозвала все доверенности, заблокировала доступ к счетам и юридически защитила имущество. К вечеру Андрей вернулся с цветами и словами раскаяния, но Лена легко читала в его глазах страх. За ужином он снова заговорил о продаже дачи и «новой жизни», и она прямо дала понять, что знает всё — о любовнице, планах, деньгах.
Андрей сломался мгновенно. Он оправдывался, просил прощения, пытался выдать всё за ошибку. Однако для Лены это уже не имело значения. Она объявила о разводе и дала час на сбор вещей. Из брака он уходил ровно с тем, с чем пришёл когда-то – без дома, без денег, без опоры.
Когда дверь за ним закрылась, Лена впервые позволила себе заплакать – не о муже, а о той молодой девушке, которая когда-то верила в вечную любовь. Вместе со слезами ушел и страх. Дом остался её. Жизнь снова принадлежала ей. И, глядя в темный сад, где спали пионы, Лена знала, что весной расцветут не только цветы.
