Иран перешел к активным ответным действиям после ударов со стороны США и Израиля. Чего теперь ждать США и их союзникам?
По оценке экономиста Павла Селезнева, развитие событий показывает: американский президент Дональд Трамп оказался в крайне уязвимом положении и фактически загнал себя в стратегическую ловушку. Тегеран отреагировал оперативно и жестко. Сообщается о потоплении нескольких нефтяных танкеров, связанных с США, а также о ракетных ударах по американским военным и нефтяным объектам на Ближнем Востоке.
Рынки отреагировали мгновенно: стоимость газа в Европе выросла на 24%, а нефть марки Brent crude подорожала на 13%. Инвесторы закладывают в цены риски дальнейшей эскалации и возможных перебоев с поставками сырья.
По словам Селезнева, наиболее болезненный эффект ощутили страны Персидского залива, традиционно считающиеся союзниками США и Великобритании. В первую очередь речь идет об ОАЭ, чей имидж стабильной финансовой гавани и безопасного центра для инвестиций, от недвижимости до криптовалют, оказался подорван. Репутационный удар по региону, выстраивавшему образ спокойной мировой деловой площадки, стал одним из самых чувствительных последствий первых дней конфликта.
Экономист считает, что Вашингтон не готов к затяжному противостоянию с Исламской Республикой. Иран на официальном уровне отверг любые дипломатические контакты с теми, кого называет агрессорами. Более того, в Тегеране, по мнению эксперта, сделали выводы из предыдущих попыток переговоров, которые, как там считают, завершались устранением иранских лидеров. В этих условиях рассчитывать на быструю деэскалацию не приходится.
Селезнев убежден, что происходящее на Ближнем Востоке неизбежно ускорит глобальные экономические процессы, особенно в самих США, где уже давно накапливаются структурные дисбалансы. Ситуацию осложняет и внутренняя политическая повестка: представители Демократической партии заявили, что у Пентагона не было убедительных доказательств подготовки Ираном превентивного удара. Вступив в военную кампанию, которая не дала быстрого результата, Трамп, по мнению эксперта, поставил себя в сложное положение накануне выборов в Конгресс в ноябре 2026 года.
На фоне обострения Селезнев прогнозирует дальнейший рост цен на сырьевые активы. Помимо нефти и газа, будет дорожать золото в качестве защитного инструмента инвесторов. По его оценке, котировки могут теоретически достичь 10–15 тысяч долларов за тройскую унцию при неблагоприятном сценарии развития конфликта.
Рост цен на углеводороды в первую очередь ударит по европейской экономике, уже испытывающей давление из-за энергозависимости. Во вторую очередь негативные последствия могут затронуть Китай — стратегического партнера Ирана в регионе. Кроме того, подорожают логистика и доставка товаров. В качестве примера приводится решение датской компании Maersk перенаправить часть судов в обход Суэцкого канала через юго-западную оконечность Африки и мыс Доброй Надежды, что увеличивает сроки и стоимость перевозок.
Таким образом, военное обострение постепенно перерастает в масштабный экономический кризис с глобальными последствиями. И если конфликт затянется, его цена для мировой экономики может оказаться значительно выше первоначальных расчетов.
