Ситуация вокруг Ирана у многих создает ощущение, будто президент США Дональд Трамп действует резко и на эмоциях, утратив здравый смысл. Однако ряд экспертов полагает, что он придерживается определенной продуманной логики.
Экономист Михаил Делягин поддержал оценку академика Сергея Глазьева относительно последствий возможной блокады Ормузского пролива и попытался очертить вероятный сценарий дальнейшего развития событий. После ударов Израиля и США Тегеран объявил о перекрытии Ормузского пролива — важнейшей морской артерии, соединяющей Персидский залив с Оманским и обеспечивающей выход к мировым рынкам.
Значение этого маршрута трудно переоценить. Через узкий пролив проходит до пятой части мировых поставок нефти и более трети экспорта сжиженного природного газа. При этом для самого Ирана этот коридор жизненно важен: именно через него идет основной поток нефтяного экспорта, формирующий существенную долю государственных доходов.
Аналитики предупреждают, что если противостояние затянется, мировые цены на нефть неизбежно вырастут. Сергей Глазьев считает, что такой скачок может стать мощным ударом по долларовой финансовой системе.
Резкое удорожание энергоносителей способно спровоцировать цепную реакцию невыплат по долговым обязательствам, что приведет к схлопыванию финансовых пузырей. В итоге под угрозой окажется вся американская финансовая архитектура, которая и без того чрезмерно перегружена долгами.
Глазьев допускает, что в случае глобального кризиса и волны банкротств ответственность может быть возложена на Иран. Это позволило бы Вашингтону списать колоссальные обязательства и фактически начать с чистого листа.
Михаил Делягин в целом соглашается с подобной логикой. По его мнению, если блокировка пролива вызовет масштабные дефолты и обнуление долларовых обязательств, основной удар придется по финансовым спекулянтам. В таком варианте развития событий выиграет союз цифрового и промышленного капитала, интересы которого, по оценке экономиста, и выражает действующий глава Белого дома.
Делягин не исключает, что после достижения подобного результата Трамп может уступить место новой фигуре, например, Джей Ди Вэнсу. В этой логике миссия будет выполнена: старая финансовая модель разрушена, начинается новый этап, а строить обновленную систему предстоит уже другим политикам.
Отдельно экономист обращает внимание на позицию Китая. По его мнению, не случайно именно сейчас Пекин вновь подчеркивает задачу превращения юаня в мировую резервную валюту в соответствии с курсом, ранее обозначенным Си Цзиньпин. В условиях возможной турбулентности долларовой системы это может стать историческим шансом для Китая укрепить международный статус своей валюты и перераспределить финансовые потоки в свою пользу.
В то же время Делягин подчеркивает, что даже если крупные перемены назревают, они не произойдут мгновенно. Существующая мировая конструкция еще способна сопротивляться, пусть и со скрипом. Переломный момент наступает не в момент громких заявлений, а тогда, когда прежняя модель окончательно теряет устойчивость и доверие — в том числе со стороны тех, кто ранее был ее опорой.
