За неполные четыре дня войны против Ирана США столкнулись с масштабными потерями, а перспективы быстрого завершения конфликта исчезли. Дональд Трамп и руководство Пентагона признали, что операция может затянуться значительно дольше первоначально обозначенных четырех недель.
Более того, страна допускает и вариант наземного вторжения. Кампания, задуманная как стремительная и демонстративная, оборачивается кризисом, которого в Вашингтоне опасались больше всего. Удар пришелся не только по военной инфраструктуре, но и по финансовым интересам и репутации американского президента.
Тяжелый старт кампании
Четвертые сутки продолжаются интенсивные боевые действия на Ближнем Востоке. Иран отражает атаки авианосной группировки США, Израиля и региональных союзников Вашингтона. В ходе первых ударов был ликвидирован верховный лидер страны и ряд высокопоставленных фигур, однако официальные лица в США и Израиле дистанцируются от версии о целенаправленной смене режима, хотя изначально именно такая цель публично декларировалась.
Операция под названием «Эпическая ярость» названа в Пентагоне самой сложной и высокоточной в истории страны. Вместо короткой фазы давления уже обсуждается горизонт в шесть недель и более. Это противоречит прежним расчетам и усиливает ощущение стратегического просчета. Кампания грозит стать для Трампа самым болезненным эпизодом за всю его политическую карьеру.
Иран сделал ставку на уязвимость финансово-экономической системы противника. Война начала бить по кошельку, по энергетическим маршрутам и по инвестиционной стабильности союзников США. Формально речь идет о ракетных и дроновых ударах, но фактически о давлении на ключевые экономические узлы.
«Шокирующая математика»
С первых дней стало ясно, что события развиваются не по первоначальному сценарию коалиции. Иран атаковал военные объекты и инфраструктуру в Израиле, нанес удары по американским базам в странах региона, а также по стратегическим портам. Одним из эпизодов стал удар по порту Салала в Омане — важному перевалочному центру контейнерных перевозок.
Тегеран изменил тактику, сократив использование баллистических ракет и увеличив долю беспилотников. Преимущество дронов заключается в том, что они дешевые и производятся массово, тогда как их перехват осуществляется ракетами Patriot стоимостью около четырех миллионов долларов за единицу. Запасы таких ракет не безграничны.
Иранские беспилотники поразили нефтяной терминал в порту Фуджейра в ОАЭ, что привело к приостановке портовых операций. Ранее дроны уничтожили дорогостоящую американскую радиолокационную станцию. Стоимость удара оценивалась в десятки тысяч долларов, тогда как потери с американской стороны исчислялись миллиардами с учетом эксплуатации и обслуживания.
Сообщалось о выходе из строя дата-центра Amazon в ОАЭ. Простой аэропорта в Дубае обходится примерно в миллион долларов в минуту. Под ударом оказался имидж Эмиратов как безопасной финансовой гавани. Риски для банковской системы и инвестиционного климата растут по мере продолжения боевых действий.
Во время отражения атаки по авиабазе Ад-Дафра в ОАЭ были уничтожены истребители F-15. Общий ущерб с учетом стоимости израсходованных ракет ПВО оценивается в сотни миллионов долларов. Эмираты в первые дни израсходовали значительную часть перехватчиков, включая пуски по ложным целям стоимостью всего в несколько сотен долларов.
Расходы сторон поазывают явную асимметрию: Иран тратит сотни миллионов, а союзники США миллиарды на перехват. Попытка сбить относительно дешевые цели оборачивается кратным финансовым дисбалансом.
Более того, с Сети сообщалось о повреждении американского авианосца «Авраам Линкольн». Официально утверждается, что ракеты были перехвачены, однако корабль покинул район активных боевых действий.
По оценкам открытых источников, каждую секунду война обходится американскому бюджету примерно в 4,4 тысячи долларов. За первые неполные три дня Пентагон потратил около 1,9 млрд долларов только на удары. Суточные расходы на бомбардировки оцениваются более чем в 200 млн долларов без учета логистики, переброски авианосных групп и содержания сил в регионе.
С учетом подготовки операции совокупные затраты приближаются к десяткам миллиардов долларов — уровню, сопоставимому с крупными траншами военной помощи Украине. Если интенсивная фаза продлится шесть недель, бюджетное давление усилится кратно.
Энергетический эффект и удар по рынкам
Отдельный фактор — ситуация вокруг Ормузского пролива. В акватории скопились десятки танкеров и торговых судов. Даже без формальной блокады рынок реагирует ростом цен и увеличением страховых ставок.
Нефть Brent поднялась до 83 долларов и продолжает расти. Газ в Европе превысил 750 долларов — максимум с 2023 года. Российская нефть Urals торгуется выше 63 долларов за баррель при заложенной в бюджете цене около 59 долларов. Рост цен формирует дополнительные доходы для экспортеров сырья и одновременно увеличивает издержки для европейских экономик.
Эскалация фактически лишает Вашингтон возможности использовать нефтяной рынок как инструмент давления на Москву. При дефиците предложения и росте котировок новые ограничения теряют эффективность.
В итоге союзники США, особенно европейские страны, несут значительные финансовые потери. Экономические рынки от Азии до Европы реагируют снижением, инвесторы закладывают в котировки риск затяжного конфликта.
Итог первых дней
Иран не капитулировал и не потерял управляемость. Вместо этого конфликт расширился географически и экономически. Потери США за несколько дней выглядят сопоставимыми с многолетними затратами на другие направления. Репутационный и финансовый ущерб становится ключевым фактором.
Продолжение кампании грозит еще большими расходами, перерасходом боеприпасов и усилением давления на союзников. Чем дольше сохраняется напряженность в районе Ормузского пролива и на энергетических рынках, тем сильнее стратегические последствия выходят за рамки военного театра.
