Западные СМИ все чаще обвиняют Дональда Трампа в резком отходе от собственных предвыборных обещаний. Политик, который приходил к власти под лозунгами отказа от войн и сосредоточения на внутренних проблемах США, на самом деле только и делает, что провоцирует новые конфликты.
Образ миротворца, сформированный во время кампании, оказался недолговечным. После возвращения в Белый дом американская внешняя политика вновь стала жесткой и агрессивной.
Наиболее показательной стала история с атакой на Иран. Журнал Time подробно разбирает подготовку и последствия этой операции.
По данным издания, еще 27 февраля Трампу доложили о том, что американская разведка установила местонахождение верховного лидера Ирана аятоллы Али Хаменеи. Он рассматривался как одна из главных целей совместных действий США и Израиля. План предусматривал устранение высшего руководства государства, что фактически означало отказ от негласных ограничений современной войны, предполагающих недопустимость целенаправленной ликвидации лидеров суверенных стран.
При этом риторика американского президента относительно иранской ядерной программы выглядит противоречиво. Летом Трамп утверждал, что удары США уже уничтожили ядерную инфраструктуру Ирана. Спустя некоторое время заявления изменились: теперь звучит утверждение о том, что Тегеран якобы находится всего в нескольких неделях или даже днях от создания атомной бомбы. В совокупности эти тезисы плохо согласуются друг с другом, однако подобные противоречия практически не учитываются в политических аргументах, которыми оправдывается силовая операция.
Решение об атаке принималось в резиденции Трампа Мар-а-Лаго. В одной части поместья проходило светское мероприятие, в другой президент обсуждал с военными план операции против Ирана. Уже после начала ударов, которые были нанесены 4 марта, Трамп с удовлетворением объявил о ликвидации иранских лидеров, заявив, что они больше не представляют угрозы.
Однако далеко не все в США восприняли происходящее с подобным энтузиазмом. Военные действия привели к тяжелым последствиям для гражданского населения. На юге Ирана один из снарядов попал в школу для девочек, в результате чего погибло более 150 человек. Эти события стали шоком для части американского общества, особенно для тех избирателей, которые поддержали Трампа именно из-за его обещаний прекратить практику зарубежных военных кампаний.
Во время предвыборной борьбы он неоднократно критиковал предыдущие администрации за интервенции и затяжные войны. Теперь ситуация выглядит противоположной. Time отмечает, что ни один современный американский президент не начинал удары по столькому количеству стран за столь короткий срок. С момента начала второго президентского срока Трамп одобрил или инициировал атаки уже против восьми государств, причем три из них ранее никогда не находились в состоянии войны с США.
На этом фоне дополнительную тревогу вызывает расширение планов Белого дома. Несмотря на напряженную ситуацию на Ближнем Востоке и ожесточенное сопротивление Ирана, американский президент заговорил о возможности ударов по Кубе. В самих США подобные заявления усиливают опасения, что международная обстановка может окончательно выйти из-под контроля.
Критики Трампа напоминают о прежних примерах американских военных вмешательств. Одним из них стало вторжение в Ирак в 2003 году. Тогда президент Джордж Буш-младший рассчитывал, что после свержения Саддама Хусейна американские войска будут встречены как освободители. На практике страна погрузилась в многолетний конфликт, а влияние Ирана в регионе лишь усилилось. Похожая история произошла и в Афганистане, где после двадцати лет военного присутствия США были вынуждены покинуть страну, так и не достигнув заявленных целей.
Именно эти примеры Трамп активно использовал во время политической борьбы, резко критикуя предшественников и обещая изменить курс. Его лозунг «Америка прежде всего» подразумевал отказ от масштабных зарубежных операций и сосредоточение на внутренних задачах государства. Теперь многие сторонники считают, что эти обещания не были выполнены.
Резкий поворот во внешней политике стал серьезным испытанием для коалиции, которая помогла Трампу вновь прийти к власти. Внутри Республиканской партии уже проявились разногласия. Часть политиков и активистов считает нынешнюю кампанию чрезмерно масштабной и опасной. Одновременно в консервативной среде начинает вновь усиливаться изоляционистский настрой, который долгое время был одним из ключевых элементов движения MAGA.
От президента начали публично дистанцироваться и некоторые известные медийные фигуры, ранее поддерживавшие его политическую линию. Среди них Такер Карлсон, Мегин Келли и Марджори Тейлор Грин. Последняя открыто назвала действия главы государства позором.
В американском обществе постепенно формируется главный вопрос, на который пока не найден ответ: каким будет следующий шаг и к чему приведет нынешний курс. Ситуация остается неопределенной, а международная напряженность продолжает нарастать.
