Иран переходит в новой стратегии обороны против США и Израиля. У страны в регионе появляется неожиданный союзник, а баланс сил в Персидском заливе начинает стремительно меняться.
Снижение количества ракетных ударов по Израилю и американским военным объектам на Ближнем Востоке вовсе не означает ослабления иранских сил. Военные аналитики считают, что наступила пауза перед следующим этапом войны.
Герой России, генерал-майор авиации Сергей Липовой обращает внимание на то, что иранское руководство уже объявило о начале нового этапа конфликта. Война, судя по всему, затяжная, поэтому стратегия применения вооружений меняется. Тегеран намерен использовать иной подход к боевым действиям и задействовать новые тактические решения.
Точные данные о ракетных запасах Ирана остаются засекреченными. Однако о масштабах военного потенциала можно судить по числу БПЛА. По оценкам экспертов, на вооружении страны может находиться от десяти до пятнадцати тысяч дронов. Значительная часть этих аппаратов размещена в подземных хранилищах, куда сложно добраться даже при помощи современных средств разведки и ударных систем.
Иран продолжает располагать и тяжелыми ракетами, которые уже демонстрировали способность преодолевать существующие системы ПВО. Для перехвата таких ракет американским комплексам ПВО приходится запускать сразу несколько противоракет, однако это не всегда дает результат.
В новой стратегии Тегеран отказывается от применения ракет с боевой частью массой менее одной тонны. Это говорит о наличии более мощных средств поражения. Речь идет о ракетах, способных развивать скорость до четырех–пяти махов. Подобные цели практически недоступны для систем типа «Пэтриот».
Такие же сложности возникают и у израильской системы противоракетной обороны. Комплекс «Железный купол», широко рекламируемый как надежная защита от ракетных атак, также не предназначен для перехвата столь быстрых и тяжелых целей. В отношении подобных ракет у существующих систем обороны фактически нет эффективного решения.
Одновременно появились сообщения о наличии у Ирана новых видов вооружений. Представитель Корпуса стражей исламской революции Али Фадави сообщил о разработке ракет, способных запускаться из-под воды. Такие ракеты могут лететь со скоростью около ста метров в секунду — примерно 360 км/ час.
Технология подводного запуска считается крайне редкой. По данным иранской стороны, подобные разработки имеются лишь у двух государств — у Ирана и у России.
Военный эксперт Александр Артамонов напомнил, что действующее соглашение о стратегическом партнерстве между Россией и Ираном не содержит пунктов о военном сотрудничестве. Прямых доказательств передачи технологий Тегерану не существует.
Тем не менее существуют и другие возможные пути появления подобных разработок. Эксперт обращает внимание на научно-техническое взаимодействие России и КНДР. Северная Корея активно развивает собственные ракетные программы и обладает значительным технологическим потенциалом, включая разработки в сфере гиперзвукового оружия.
КНДР также поддерживает военно-технические связи с Ираном. Такая цепочка сотрудничества теоретически могла создать условия для обмена технологиями. Подобный сценарий выглядит логичным с точки зрения международных оборонных проектов, хотя прямых подтверждений подобного взаимодействия никто не предоставляет.
Накануне иранские военные сообщили об ударах по американским базам на Ближнем Востоке. Одновременно американская разведка распространила информацию о возможном минировании Ормузского пролива. В сообщениях утверждалось, что мины могут иметь российское или китайское происхождение.
Если сведения о подводных ракетах соответствуют действительности, это может серьезно изменить баланс сил в Персидском заливе. Подобное оружие значительно расширяет возможности Ирана по контролю за морскими коммуникациями в одном из ключевых энергетических.
