Военная операция США против Ирана рискует перерасти в затяжной конфликт. Такой вывод делают источники американского издания Axios, знакомые с настроениями внутри администрации США и среди союзников Вашингтона.
По их оценкам, противостояние на Ближнем Востоке находится лишь в начальной стадии и может продолжаться как минимум до осени, даже если интенсивность боевых действий со временем снизится. Подобные прогнозы резко расходятся с теми ожиданиями, которые были в Белом доме на старте операции.
Изначально команда Дональда Трампа рассчитывала на быструю военную кампанию, которая должна была пройти в течение четырех – шести недель. Предполагалось, что серия мощных ударов позволит серьезно ослабить иранский военный потенциал. После этого США могли бы объявить о достижении целей операции и постепенно сократить участие в конфликте.
Однако развитие событий показывает, что ситуация значительно сложнее. Внутри американской администрации постепенно нарастает раздражение из-за того, что выйти из конфликта так же быстро, как планировалось, не удается.
Источники, знакомые с внутренними обсуждениями, указывают на то, что важную роль в принятии решения сыграл личный политический опыт Дональда Трампа. Президент рассчитывал повторить сценарий быстрых и эффектных силовых операций, которые ранее воспринимались как демонстрация американской мощи. Среди них назывались удары по иранским объектам в предыдущем году, а также громкая операция, связанная с захватом президента Венесуэлы Николаса Мадуро.
Успех этих действий сформировал у американского президента уверенность в возможности быстро добиться результата и в новом конфликте. В итоге решение о начале масштабной военной операции против Ирана было принято достаточно оперативно.
Политический стиль Трампа на протяжении всей его карьеры часто описывался как импульсивный и опирающийся на интуитивные решения. Он привык действовать быстро, а затем корректировать курс по мере изменения обстоятельств.
В экономике подобная тактика иногда приносила результат. Торговые ограничения или тарифы можно было вводить и отменять в течение нескольких дней, гибко реагируя на ситуацию.
Однако военные конфликты работают совершенно иной логике. Войну невозможно остановить простым политическим распоряжением, особенно когда противник обладает собственными ресурсами для продолжения сопротивления.
Иран в этой ситуации действует исходя из стратегической задачи сохранения режима и готовности наносить противнику ущерб. Даже ограниченные ракетные удары или атаки беспилотников способны создавать экономические и политические проблемы для США и их союзников.
Дополнительную сложность конфликту придает наличие других участников со своими интересами. Израиль рассматривает нынешнюю ситуацию как возможность усилить давление на Иран и допускает расширение военных действий на новые направления.
В числе возможных сценариев обсуждается и усиление операций против связанных с Тегераном сил в Ливане. Израильское руководство неоднократно демонстрировало способность убеждать Вашингтон поддерживать более жесткую линию в отношении Ирана.
При этом страны региона и международные рынки крайне заинтересованы в сохранении стабильности транспортных маршрутов, прежде всего в районе Персидского залива. Любая эскалация может поставить под угрозу поставки нефти и вызвать резкий рост цен на энергоресурсы.
Ключевую роль в этой системе играет Ормузский пролив. Иран уже дал понять, что способен создать серьезные проблемы для судоходства в этом районе. Даже ограниченные действия, например установка морских мин или атаки на танкеры, способны вызвать масштабные последствия для глобальной экономики.
Сам Дональд Трамп при этом продолжает показывать уверенность в успехе операции. Он публично говорит, что военные действия идут с опережением и якобы Иран уже терпит колоссальные потери. При этом он признается, что Иран все еще способен создавать серьезные трудности, в том числе нарушая судоходство в Персидском заливе.
Официальные представители Белого дома подчеркивают, что операция под названием «Эпическая ярость» якобы готовилась на протяжении многих месяцев. Решение о ее начале принималось после анализа различных сценариев и консультаций с военным и политическим руководством.
Тем не менее за закрытыми дверями среди советников президента усиливается тревога. Один из представителей администрации охарактеризовал ситуацию как своеобразное «раскаяние покупателя» — состояние, когда после принятого решения начинают проявляться сомнения в его правильности.
С военной точки зрения первые результаты операции выглядят для США и их союзников достаточно заметными. Американская и израильская авиация добилась значительного превосходства в воздухе, а ряд иранских военных объектов был уничтожен. Количество ракетных и беспилотных атак со стороны Ирана сократилось, что может свидетельствовать о частичном истощении запасов или ограничении возможностей для их применения.
Однако даже такие успехи не означают скорого завершения конфликта. Для иранского руководства победа не обязательно означает разгром противника. Достаточным результатом может считаться сохранение власти и способность продолжать сопротивление.
Именно поэтому в Вашингтоне и среди союзников США все чаще рассматривают сценарий затяжного кризиса. Если противостояние действительно растянется на месяцы, перед американским руководством встанет необходимость принимать новые, гораздо более сложные решения, включая возможную эскалацию конфликта.
В итоге Дональд Трамп оказался в непростой ситуации. Первоначальный расчет на быструю и демонстративную победу пока не оправдывается. Реальность крупного военного конфликта оказалась значительно сложнее, чем предполагалось на старте операции. А завершить войну столь же легко, как ее начать, уже не представляется возможным.
