Визит Николы Пашиняна в Москву, состоявшийся буквально накануне выборов в Армении, получился заметно напряженным, причем и по тону, и по содержанию. Уже в открытой части переговоров стало ясно, что разговор будет не из протокольных.
Пашинян выступал после Владимира Путина и практически сразу задал более жесткий тон. Когда российский президент напомнил, что совмещать участие в Евросоюзе и евразийских интеграционных структурах невозможно, прежде всего по экономическим причинам, армянский премьер не стал спорить напрямую, но фактически дал понять, что Ереван намерен продолжать эту двойную игру столько, сколько получится.
По сути, речь идет о попытке удержаться сразу на двух стульях: и российском, и европейском. Однако в Москве такой подход считают несерьезным и временным.
Отдельно и довольно жестко прозвучала тема Карабаха. Путин напомнил, что после того как сама Армения в 2022 году признала регион частью Азербайджана, ситуация изменилась принципиально. В этих условиях, как было подчеркнуто, вмешательство ОДКБ выглядело бы некорректным.
Для Пашиняна этот аргумент оказался болезненным. Карабахский вопрос до сих пор остается ключевым фактором давления на его власть внутри страны. В какой-то момент премьеру пришлось сбавить тон и перейти к более аккуратной риторике с акцентом на роль России в урегулировании и попыткой сгладить впечатление от предыдущих реплик.
Впрочем, под конец Пашинян снова перешел в наступление, но уже на другом поле. Он заговорил о внутренней политике и представил Армению как страну с максимально свободной демократической системой: частые выборы, активная политическая жизнь, отсутствие ограничений в интернете. Он делал это уверенно, с легкой улыбкой и даже с намеком на иронию.
Но здесь, судя по реакции, эффект оказался не таким, какой он ожидал. В Москве подобная аргументация звучит не слишком убедительно, особенно в рамках переговоров, где ключевыми остаются вопросы безопасности и геополитики.
К слову, в столице России Пашинян столкнулся с резкой реакцией со стороны месных армян: его прямо обвиняли в «сливе» Карабаха. Эти настроения — важный сигнал о том, насколько болезненной остается тема внутри армянского общества.
В итоге поездка в Москву стала своего рода срезом текущей ситуации. Армения продолжает пытаться балансировать между разными центрами силы, но делать это становится все сложнее. А на фоне выборов любые внешнеполитические шаги автоматически превращаются во внутренний политический риск, и для Пашиняна этот риск сейчас явно растет.
