Выступление генерала армии Юрия Балуевского в Общественной палате России стало неожиданно жестким и откровенным.
Генерал задал неудобный вопрос офицерам, которые были на СВО. Он спросил: что они почувствовали, когда украинский дрон прилетел в купол Кремля?
Ответ, конечно же, не последовал, а после зал вовсе замолчал. Эпизод стал отправной точкой для более широкой оценки происходящего. Балуевский обозначил, что прежние «красные линии» больше не работают.
Военные обозреватели приводят новые примеры с прилетами БПЛА. Например, в Челябинске. Как беспилотник смог преодолеть около 1800 километров и ударить по промышленному объекту? Главное – откуда его запустили? Есть версия, что все это делается с территории третьих стран.
Другая проблема кроется в отсутствии системы обнаружения дронов, которые низко летают. Речь идет не о границах, а о глубине страны. Полноценная защита, как считают эксперты, есть только вокруг Москвы. На другие территории противник уже успел выстроить свои замыслы.
На фоне всего этого в обществе растет вопрос, почему принимаются те или иные решения по ударам. Почему в ответ не следуют жесткие меры? Где итоговая граница допустимого?
Помимо этого, Балуевский напомнил, что Россия первой заявила о гиперзвуковом оружии и показала технологическое превосходство. Однако угроз от этого меньше не стало.
Главный посыл прозвучал жестко – ситуация дошла до точки, где требуется переосмысление происходящего. Обсуждения выходят за рамки кулуаров. Все чаще говорится о необходимости мобилизовать ресурсы, пересмотреть формат и ответить за удары по России.
