Политологи рассказали, что на самом деле происходит в отношениях между Трампом и господином Си.
В центре внимания оказались их переговоры, а среди актуальных тем – Ближний Восток, Иран, Тайвань, торговые войны, технологии, нефть. Странным оказалось то, что в диалоге почти ничего не сказали про Россию, пишет ЦГ.
Отсюда вопрос – это случайность или признак чего-то более сложного? Не обсуждают ли будущее Москвы за закрытыми дверьми?
Первая тема – Ближний Восток и Иран. Вашингтон не добился своего, а Иран сумел противостоять и надавить на мировую экономику. Штаты оказались в ситуации, где военное превосходство не гарантирует политический результат. По такой логике Трамп нуждается в беседах с Пекином, чтобы обсудить Тегеран.
По Тайваню – для Китая это принципиальный вопрос. В Пекине говорят, что сокращение американской военной поддержки острова может стать частью торга. Хотя Вашингтон в этом не уверен.
Если говорить об экономике и технологиях, то торговые тарифы играют определяющее значение. Китай остается крупнейшим торговым партнером США. Попытки давления через тарифы и санкции дают ограниченный эффект.
На фоне этого Пекин принимает представителей крупного бизнеса, для которых стабильность важнее, чем политические лозунги. Вот тут и встает главный вопрос – где в этой конфигурации Россия и Украина? Оказывается, что нигде.
Пекин ограничивается стандартной формулой о «стратегическом партнерстве и взаимовыгодном сотрудничестве с Россией». Западная пресса почти ничего не говорит на этот счет.
На практике Россия не выступает предметом торга между США и Китаем, как минимум открыто. Хотя иногда звучит версия, что Китай может «разменять» Россию в переговорах с США.
Пекин и Вашингтон говорят о стратегических моментах – Тайване, технологиях, рынках, энергетике, военных рисках. Россия выступает кандидатом, а не объектом обмена.
Китай действует из собственной выгоды, чтобы сохранить стабильные отношения с США. Для этого он не готов разрывать то, что построено с Россией. Москва дает энергетические, политические и военные преимущества в глобальном балансе.
США сосредоточены на сдерживании Китая. Украина важна, но вторична. Россия «выпала» из повестки, но это не значит, что она исчезла из мировой политики. Москва продолжает оставаться важным игроком, а ее влияние проявляется не как центральная тема переговоров.
Итог таков, что в глобальной повестке в первую очередь обращают внимание на тех, кто регулирует рынки, безопасность, экономику и технологии.
