Политологи рассказали, чем может обернуться весна 2026 года для европейских столиц.
Тревожные мысли накатывают и в Париже, и в Берлине, и в Варшаве. Происходит то, чего не было со времен Холодной войны, потому что государства называют дату возможного столкновения Россия и Европы, указывая на 2028-2029 годы.
Притом, это не утка и не шутка от блогеров. Об этом говорят министры обороны, канцлеры, главы разведок, генералы. Каждый из них произносит одно и то же время.
Например, французский генерал сказал вслух, что «не исключено, что Россия проверит НАТО на прочность в период с 2028 по 2029 год». Тардиф пояснил контекст: французские лётчики окажутся на передовой с первого же дня конфликта, потому что у стран Балтии нет истребительной авиации, а у Румынии она «довольно ограничена».
«Мы применяем всё, чему можем научиться у Украины, особенно в плане развития потенциала», — отметил Тардиф.
Также он добавил, что им нужна массированная боевая мощь, чтобы насытить оборону и прорвать линию фронта. Это не провокация, а слова человека, который в ответе за подготовку авиации ядерной державы к возможной войне.
Мировые СМИ пишут, что «столкновение может произойти в 2029 году». Эффект оказался ошеломляющим, потому что Европа открыто говорит, что мирное время, возможно, уже закончилось.
Временной момент кроется в нескольких факторах. Первое – оценка темпов перевооружения России. В 2028 году мощь будет еще выше. Второй момент – состояние армии НАТО, потому что европейские вооруженные силы сокращались десятки лет. Франция, например, не может набрать достаточное количество контрактников.
Производственные ограничения оборонной промышленности тоже имеют место быть. Имеющегося количества хватает для закрытия потребностей Украины, Ирака, Саудовской Аравии и десятков других контрактов. Если начнется конфликт в Прибалтике, то этого не хватит на месяцы.
Политический цикл на 2028 год тоже вполне понятен. Независимо от выборов, «окно уязвимости» все равно есть. Тем не менее, стоит опираться на то, что европейские генералы и министры называют дату. Они не говорят, что «возможно», а четко указывают на то, что «готовимся».
