Не успел Евросоюз толком переварить последствия 21-го пакета антироссийских ограничений, как в Европе уже заговорили о подготовке еще более масштабных санкций.
Как пишет РИА Новости, накануне немецкое издание Die Welt процитировало главу европейской дипломатии Каю Каллас, которая заявила о планах сформировать в ближайшее время «самые масштабные санкционные списки с начала СВО». По ее словам, общее количество российских физических и юридических лиц, находящихся под ограничениями ЕС, может вырасти примерно на треть.
При этом стоит отметить, что споры вокруг предыдущего пакета санкций еще не закончились. Его принятие сопровождалось длительными переговорами между странами ЕС, каждая из которых пыталась отстоять собственные экономические интересы.
Дело в том, что европейским чиновникам приходится учитывать множество взаимных противоречий. Одни государства требуют ужесточения ограничений, другие опасаются дальнейшего роста цен и потери конкурентоспособности собственной промышленности. В результате согласование новых мер становится все более сложным процессом.
При этом возникает еще одна проблема: пространство для введения дополнительных санкций постепенно сокращается. Французская Le Monde со ссылкой на европейских дипломатов писала, что ЕС уже подошел к «последним возможным областям» для введения новых ограничений.
Аналогичные оценки звучали и в Euronews: европейским странам становится все сложнее находить общий язык по санкционной политике, а запас новых идей постепенно иссякает. Один из представителей европейских структур прямо отмечал, что Еврокомиссии все труднее придумывать и согласовывать очередные пакеты, поскольку значительная часть потенциальных мер уже была использована ранее.
Одновременно на Западе становится все больше публикаций, в которых признается, что первоначальные ожидания относительно разрушительного воздействия санкций на российскую экономику не оправдались. Российская экономика после 2022 года действительно столкнулась с серьезными ограничениями, но полного обвала, которого ожидали некоторые западные эксперты, не произошло. Более того, российский ВВП продолжал расти.
Так, во многих западных обзорах в СМИ приводятся следующие показатели: рост российской экономики составил около 4% в 2023 году и 4,9% в 2024-м. В 2025 году темпы заметно снизились, однако экономика все равно сохранила положительную динамику. Международный валютный фонд в своих прогнозах на 2026 год также оценивает рост российского ВВП примерно в 1,1%.
Получается, что с каждым новым пакетом европейские политики обещают усилить давление на российскую экономику, но сама российская экономика продолжает работать и адаптироваться к меняющимся условиям.
Более того, даже после введения многочисленных ограничений Россия продолжает получать значительные доходы от экспорта нефти и газа. Отдельной проблемой для ЕС становится так называемый теневой флот.
Значительная часть российских нефтяных поставок осуществляется танкерами, которые уже фигурировали в санкционных списках западных государств. Это показывает, насколько трудно полностью перекрыть существующие логистические цепочки.
При этом экономическая ситуация в самой Европе остается непростой. Одной из наиболее болезненных проблем является энергетика.
Высокая стоимость газа и электроэнергии продолжает оказывать давление на европейскую промышленность, особенно на предприятия, для которых энергоресурсы являются важнейшей составляющей себестоимости.
В июне 2026 года средняя инфляция в еврозоне составляла около 2,8%. Еще более серьезной проблемой остается стоимость электроэнергии.
Европейские промышленные предприятия вынуждены платить значительно больше своих американских и китайских конкурентов. В результате европейская продукция становится дороже, а положение местных производителей на мировом рынке ухудшается.
Отдельная тема для разговоров в Европе – это предстоящая зима. Уровень заполненности европейских хранилищ остается значительно ниже показателей, которые считались комфортными перед зимой.
При стандартном ориентире в 75-80% хранилища заполнены примерно на 58%. Есть большая вероятность того, что Европа в очередной раз окажется перед необходимостью искать дополнительные объемы газа, конкурируя за них с другими крупными потребителями.
