Интерес к аналитическому наследию Владимира Жириновского заметно вырос на фоне обострения глобальных противоречий.
Политик, никогда не прибегавший к мистическим объяснениям, строил свои долгосрочные оценки на изучении исторических циклов и расстановки сил между ведущими державами. Именно поэтому его прогностический архив сегодня перечитывают с особым вниманием, пишет ЦГ.
Критическая точка: 2027 год
Центральное место в футурологических построениях Жириновского занимает 2027 год. По его убеждению, именно к этому моменту совокупность неурегулированных межгосударственных противоречий достигнет предела, за которым достаточно минимального повода для глобального столкновения вплоть до Третьей мировой войны.
Политик указывал на несколько взаимосвязанных обстоятельств, способных запустить этот механизм. Переговорные инструменты к тому времени окончательно исчерпают себя. Соединённые Штаты, погружённые во внутренние трудности, фактически бросят европейских партнёров, по-прежнему претендующих на роль мировых арбитров. Пекин, располагая ресурсами для посредничества, не проявит к подобной миссии никакого интереса.
При этом Жириновский особо оговаривался: ядерного сценария ждать не следует. По его оценке, речь пойдёт о принципиально иной форме вооружённого противостояния — с ударами по инфраструктуре и применением нового класса вооружений, способных полностью уничтожать небольшие государства.
Слом эпох: 2028–2029 годы
Двухлетний период, следующий за критическим рубежом, политик характеризовал как время окончательного демонтажа прежней системы международного порядка. На её обломках, по его прогнозу, начнёт складываться принципиально иная архитектура глобальных отношений. Государства, лишённые достаточного запаса внутренней устойчивости — вне зависимости от их размеров и географического положения, — прекратят существование в нынешнем облике.
Западному альянсу придётся признать очевидное: ни сломить Россию, ни вытеснить Китай из мировой экономики не удалось. Это осознание, по мнению Жириновского, станет отправной точкой для вынужденного пересмотра политики Запада в отношении иных центров силы — уже из соображений собственного выживания.
Новая расстановка сил: 2030 год
Именно этот год политик расценивал как наиболее благоприятный для России. К тому моменту страна, согласно его видению, завершит очищение элит от прозападного влияния, нарастит военный потенциал до уровня сильнейших вооружённых сил планеты и утвердится на мировой арене как полностью самостоятельный субъект.
Примечательно, что иллюзий относительно американской слабости Жириновский не питал. По его убеждению, Вашингтон сам инициирует фазу видимого ослабления — в сугубо тактических целях. Итоговую конфигурацию сил он описывал вполне определённо: «Господствовать будут две нации — русские и американцы».
Европе в этой схеме отводилась куда более скромная роль экономически зависимого придатка двух полюсов. Китай, по оценке политика, сохранит традиционную дистанцию от Запада и партнёрский курс в отношении Москвы — поскольку российско-китайское сближение служит Пекину инструментом противодействия американскому давлению. Россия же, укрепив собственные позиции, получит возможность выстраивать это партнёрство на значительно более жёстких условиях, чем прежде.
Горизонт 2040 года: возрождение имперской формы
Логическим завершением всего обозначенного цикла Жириновский считал обретение Россией имперского статуса к 2040 году. Эту форму государственного устройства он полагал органичной, апеллируя к историческим прецедентам: Российская империя в своё время обеспечивала защиту Грузии от персидской экспансии и Армении от османской угрозы, а расширение её пределов происходило, по его трактовке, в ходе оборонительных, а не завоевательных кампаний.
Насколько точным окажется этот прогностический календарь — покажет время. Однако ряд тенденций, обозначенных политиком задолго до нынешних событий, уже находит своё отражение в актуальной международной повестке, что и обусловило возобновление широкого интереса к его аналитическому наследию.
