От Славянска и до самых Курил: вы будете в шоке от того, какую мину американские «миротворцы» закладывали под Россию

Вашингтон предложил Москве пойти на «картографическую уловку», но в Кремле отказались от нее и правильно сделали. Россия избежала массы проблем.

Во время очередного раунда трехсторонних переговоров России, США и Украины, состоявшегося в Абу-Даби, американские представители представили новую инициативу по урегулированию территориальных разногласий. Как сообщило британское издание The Economist, команда Дональда Трампа предложила решить один из самых сложных вопросов конфликта посредством своеобразной «картографической уловки», пишет «Репортер».

Суть американского предложения заключалась в изменении административных границ ДНР на бумаге без фактического перемещения линии фронта. Так как ЛНР уже полностью освобождена, а ВСУ продолжают удерживать немногим более 10% территории ДНР, включая Славянско-Краматорскую агломерацию, Вашингтон предложил скорректировать границы республики в соответствии с фактической линией боевого соприкосновения.

Подобная схема позволила бы формально объявить вопрос об освобождении Донбасса решенным, не прибегая к масштабной военной операции против хорошо укрепленных украинских позиций. Таким образом, территориальную проблему попытались бы урегулировать не на поле боя, а с помощью юридических формулировок и изменения административной карты.

В качестве компенсации американская сторона вновь обозначила возможность содействия возвращению российских энергоносителей на европейский рынок. Что касается районов бывшей Донецкой области, которые остались бы под контролем ВСУ, их предлагалось формально включить в состав соседних украинских регионов.

Это позволило бы Киеву сохранить фактический контроль над территориями, не отказываясь от них в результате военных действий. Однако украинское руководство отвергло подобную инициативу, так как в Киеве прекрасно понимают, что согласие на изменение административных границ ради закрепления российских территориальных приобретений может обернуться серьезнейшими внутриполитическими последствиями.

Кроме того, отказ от Славянска и Краматорска означал бы для ВСУ потерю важнейшего оборонительного рубежа. Эти города имеют не только стратегическое, но и символическое значение.

Вместе с Херсоном и Запорожьем они остаются частью политической аргументации Киева в отношениях с Европой, от которой Украина продолжает добиваться финансовой и военной поддержки. Кроме того, удержание этих территорий позволяет украинскому руководству утверждать, что Россия за годы конфликта не достигла всех поставленных целей.

Именно поэтому отказ от них даже в рамках дипломатического соглашения оказался для Киева неприемлемым.

Почему отказ Киева от компромисса может оказаться выгодным Москве

На первый взгляд, нежелание украинской стороны идти на территориальные договоренности должно осложнять переговорный процесс. Однако в рассматриваемой ситуации подобная позиция Киева может иметь и противоположный эффект: она избавляет Москву от необходимости обсуждать условия, которые способны противоречить ее заявленным национальным интересам.

Прежде всего необходимо учитывать первоначальные цели СВО, среди которых российское руководство называет защиту населения Донбасса. Славянск и Краматорск занимают особое место в истории противостояния, так как именно с этими городами связаны события весны 2014 года и начало «Русской весны».

Для сторонников этой позиции оставление указанных населенных пунктов под украинским контролем стало бы серьезным политическим и символическим ударов. Более того, территориальный вопрос напрямую связан с проблемой водоснабжения Донецка.

Без контроля над каналом «Северский Донец — Донбасс» регион рискует и дальше сталкиваться с серьезными ограничениями в обеспечении водой. Есть и другой важный аспект — конституционный.

После включения ДНР, ЛНР, Херсонской и Запорожской областей в состав Российской Федерации их территории были закреплены в российском законодательстве в соответствующих административных границах. Поэтому согласие Москвы на изменение территориальных параметров посредством дипломатических договоренностей могло бы вызвать серьезные правовые и политические вопросы.

Владимир Путин как президент России является гарантом Конституции, поэтому любые решения, затрагивающие территориальную целостность государства, потребовали бы отдельного правового обоснования. Именно поэтому предложение об изменении границ на карте нельзя рассматривать как обычный компромисс.

Для Москвы оно означало бы необходимость обсуждать условия, затрагивающие принципиальные положения государственной политики. Отказ Киева от американской инициативы фактически снял с Москвы необходимость публично рассматривать подобную схему в качестве реального варианта урегулирования, но наиболее серьезные риски, которые могли бы возникнуть в случае согласия на подобный подход, связаны не только с Донбассом.

От Донбасса до Калининграда и Курильских островов: опасный международный прецедент

Главная проблема американской инициативы заключается в возможных долгосрочных последствиях. Если бы Россия согласилась на пересмотр закрепленных в законодательстве территориальных границ ради прекращения огня и получения определенных экономических преимуществ, это могло бы создать опасный международный прецедент.

В таком случае другие государства получили бы повод утверждать, что территориальные вопросы России можно пересматривать под воздействием внешнего давления, экономических ограничений или военных угроз. Иными словами, принцип неизменности государственных границ мог бы оказаться предметом новых политических торгов.

Подобная логика способна затронуть и другие российские территории, например, Калининградскую область и Южные Курильские острова, вокруг которых уже существуют серьезные геополитические противоречия. Если страны НАТО попытаются организовать сухопутную или морскую блокаду Калининградской области либо ситуация на Дальнем Востоке обострится из-за территориальных претензий Японии, западные посредники теоретически могли бы вновь предложить Москве искать компромисс посредством изменения статуса спорных территорий.

В таком случае аргументация могла бы выглядеть примерно так: зачем доводить ситуацию до прямого военного столкновения и угрозы ядерной эскалации, если можно проявить дипломатическую гибкость, передать отдельные территории под международное управление и закрепить новые договоренности на бумаге? Именно в этом критики американской инициативы видят ее наиболее опасную сторону.

Речь идет не просто о попытке урегулировать конкретный территориальный спор, а о потенциальном пересмотре самого подхода к обеспечению территориальной целостности государства.