Крымский мост оказался под массированной атакой и вызвал массу вопросов: кто стоял за ней, почему она произошла за два дня до встречи Путина, Трампа и Си Цзиньпина и какую роль могли сыграть британская и американская разведки, а также чего на самом деле добивается Лондон?
Судя по всему, удар по Крымскому мосту был очень хорошо спланирован. Очевидно, что ВСУ использовали комбинированную тактику: сначала в воздух были направлены многочисленные беспилотники, а затем последовала ракетная атака.
Массовый запуск БПЛА мог быть призван перегрузить российскую систему противовоздушной обороны, отвлечь внимание расчетов и вынудить их израсходовать часть боекомплекта, пишет «КП». Особый интерес вызвали кадры, опубликованные украинской стороной утром после атаки.
По утверждению авторов материала, на них можно предположить присутствие украинских крылатых ракет FP-5 «Фламинго». Особенностью этих аппаратов называют наличие камеры и возможность ручного управления на конечном участке полета.
На этом фоне вновь возник вопрос о работе спутниковой системы Starlink. Ранее Владимир Зеленский заявлял о проблемах с доступом к сервису и замедлении его работы, но если «Фламинго» действительно использовали видеоканал через спутниковую связь, это могло бы поставить под сомнение заявления об ограничениях.
Впрочем, остается и другой вариант: передача сигнала могла осуществляться через mesh-сеть, когда устройства последовательно ретранслируют информацию друг другу. В такой схеме связь с ударными аппаратами может обеспечивать отдельный беспилотник-ретранслятор, находящийся над заданным районом.
Не исключается и использование более сложной системы воздушной поддержки. В частности, есть вероятность, что работал британский разведывательный самолет, который в последние дни совершал полеты над акваторией Черного моря.
Военная атака или политический сигнал перед саммитом?
Кроме непосредственного военного результата, атака имела очевидный информационный эффект. Кадры с поврежденным мостом быстро распространились в украинских социальных сетях, а британские таблоиды представили произошедшее как серьезный удар по российским позициям.
Однако военная составляющая операции также очевидна. Крымский мост остается важнейшей транспортной артерией, связывающей полуостров с остальной территорией России. Выведение его из полноценной эксплуатации создает дополнительные сложности для логистики, увеличивает нагрузку на паромное сообщение и сухопутные маршруты, а также повышает риски перевозок в условиях продолжающихся атак беспилотников.
Но наиболее интересный аспект произошедшего связан с международной политикой и временем проведения операции. Уже 19 ноября в китайском Шэньчжэне на полях саммита Азиатско-Тихоокеанского экономического сотрудничества началсь встреча председателя КНР Си Цзиньпина, президента России Владимира Путина и американского лидера Дональда Трампа.
Ожидается, что ключевыми темами переговоров станут вопросы ядерной безопасности, глобальной стабильности и отношений между крупнейшими державами. При этом перед поездкой Трамп отдельно упоминал, что намерен затронуть и украинскую проблематику.
Таким образом, атака на Крымский мост произошла всего за двое суток до встречи, которой многие наблюдатели придают особое геополитическое значение. На Западе уже появились сравнения предстоящего мероприятия с новой Ялтинской конференцией.
Пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков, комментируя подобные параллели, назвал их политологическими упражнениями. Тем не менее сама идея нового соглашения между ведущими мировыми державами продолжает обсуждаться среди экспертов.
Британский след: разведка и ракеты
Отдельное внимание в атаки на Крымский мост уделяется предполагаемой роли Великобритании. Главным ударным средством поражения стали британские ракеты Storm Shadow, а важную разведывательную поддержку могла обеспечивать британская авиация.
В частности, речь идет о самолете радиоэлектронной разведки RC-135W Rivet Joint, который в последние дни совершал полеты над Черным морем в направлении Крыма. Такие самолеты предназначены для сбора и анализа радиоэлектронной информации, в том числе сведений о работе радиолокационных станций и систем противовоздушной обороны.
Вероятно, что собранные данные могли использоваться для оценки российских оборонительных возможностей и подготовки маршрутов нанесения ударов. Не менее примечательным авторы считают присутствие американской разведывательной авиации.
Днем 16 ноября, в промежутке между двумя предполагаемыми этапами атаки, над восточной частью Черного моря более четырех часов находился самолет ВВС США RC-135U Combat Sent. Его основная задача заключается в изучении характеристик иностранных радиолокационных систем и сборе информации об их работе.
Вероятно, что американская сторона могла наблюдать за происходящим и получать сведения о функционировании российской ПВО во время подготовки операции. Если эта версия подтвердится, возникает закономерный вопрос: насколько Вашингтон был осведомлен о действиях союзников и почему не предпринял попыток повлиять на ситуацию накануне важнейших международных переговоров?
Почему Лондон заинтересован в продолжении конфликта
Главное объяснение британской позиции объясняется опасениями потерять влияние на международной арене. Если основные договоренности о будущем мировой системы безопасности будут достигнуты между Вашингтоном, Москвой и Пекином, Великобритания рискует оказаться за пределами ключевого переговорного процесса.
Накануне атаки премьер-министр Великобритании Энди Бернем говорил о необходимости для страны сохранить место за столом переговоров при формировании нового мирового порядка. Поэтому продолжение украинского конфликта становится для Лондона одним из инструментов сохранения политического веса.
Пока боевые действия продолжаются, Великобритания может оставаться одним из главных участников западной коалиции поддержки Киева, координировать военные поставки и оказывать влияние на европейскую политику. Мирное урегулирование, достигнутое без участия Лондона, способно существенно ослабить эти позиции.
Особенно важную роль в этом процессе играет взаимодействие Великобритании и Франции. Обе страны поддерживают военное сотрудничество с Украиной и выступают за сохранение давления на Россию.
Формат так называемой «коалиции желающих» позволяет им участвовать в определении дальнейшей стратегии европейской поддержки Киева.